Книга И пришел Лесник! 21, страница 96 – Василий Лазарев

После варварского извлечения осколка она лежала пластом три дня. Всё это время девушка колола себе лайт-спек. На четвёртый день он её попросту не взял. Необходимо было сделать перерыв. И начались кошмарные головные боли. Ей постоянно кто-то сверлил перфоратором мозг. Соню трясло. Язык вываливался наружу, из единственного глаза бесконечным ручьём лились слёзы. Она лезла от боли на стенку и скрипела зубами. Выжила она только благодаря тому, что минуту за минутой придумывала всё новые методы мщения этим говноедам. Но это всё в будущем, возможно в далёком. Вместе с глазом она сильно повредила себе вестибулярный аппарат. Её постоянно тащило влево, головой нельзя было повернуть, чтобы не упасть в обморок от пронзающей боли. Совершать какие-то акробатические трюки она не могла. Ей было больно даже подумать о них. Она лежала и копила злобу.

Леший за две недели наведался два раза. Второй был вчера. Он принёс ужасные новости. Туранчокс был безжалостно оскоплён на второе ухо и вынужден исчезнуть. Терентия вообще скормили менталу. А самого Пингвина унизили, поставив перед фактом, что все его накопления теперь принадлежит этим нехорошим людям. Соня была в бешенстве от таких новостей. Ещё к ним примкнула Шкура, перебив при этом всю смену в замке. Раньше бы Соня убила её, если не сразу, то очень быстро. Сейчас же, пожалуй, она зарежет саму Соню как барана и не поморщится. А ещё они прошли пятого босса, которого Терентий зассал пробовать и в итоге вышли на два замка по десять башен. Соня была просто уверена, что какой-то из них в конечном итоге выведет команду Лесника в синюю зону. Верная примета. Эти новости подкосили её, и она опять свалилась в постель. Вскоре должен появится знахарь и сделать перевязку. Полежу, решила Соня и сложила руки на груди. Через несколько минут дверь в комнату скрипнула и раздался знакомый голос.

— Отмучилась? — это был знахарь Шайтан. Временно непьющий, но не слезавший с лайт-спека. Он не употреблял его в лошадиных дозах как Соня, и поэтому средство его ещё радовало.

— Сплюнь. Спит она! — Рельса? А он что здесь забыл? Соня открыла глаза. Сейчас она была один в один похожа на умершую ведьму из известного ужастика для детей. Только с одним глазом.

— А ты всё ждёшь, говносос, когда я откинусь? — прошептала Соня. — Не дождёшься, Шайтан.

— Юмор? Уже лучше. Давай сменю повязку, — знахарь занялся своим делом. Рельса навис над Соней всматриваясь в её бледное лицо.

— На мне цветы не растут, — отрезала Соня. — Нечего пялиться.

— Это пока, я обязательно высажу на твоей могилке ромашки, — своеобразный юмор Рельсы многих ставил в тупик.

— А чего тогда вылупился? Нравлюсь что ли? — Соня зыркнула на него в бешенстве.

— Ничего так, с пивом пойдёт, — кивнул Рельса. — Дело у меня к тебе.

— Всё я, всё, ухожу, воркуйте голубки, — сказал Шайтан и собрал инструменты. — Послезавтра зайду.

Рельса подождал пока знахарь уйдёт и сел на краешек кровати больной. Рельса когда-то давно попал под какую-то аномалию. Никто не знает точно под какую и стал слегка озадаченным и тормозным. Вытащивший его на себе Пингвин после этого случая превратился для Рельсы в лучшего друга. Так он за Пингвином и ходил последние четыре года. Рельса монотонно пересказал Соне последние события. Она почти всё знала, кроме того, что из пятого босса выпал артефакт замо̍к. И теперь портал был успешно заблокирован Лесником вместе со всем содержимым. У Туранчокса было ещё две кубышки, но куда беднее, чем потерянная. Лесник сам того не осознавая оставил Пингвина почти без восьмидесяти процентов богатств. Такого не ожидала даже Соня. Какой ловкий и везучий подлец!