Книга И пришел Лесник! 19, страница 47 – Василий Лазарев

— Хорошо, раз у нас такой откровенный разговор пошёл. Давайте начистоту! На хрена я вам понадобилась? Рукопашников, как вы выражаетесь, в стабе как говна за баней. Зачем все эти заморочки со скидыванием даров и прочее, — ну вот, приехали. Этого вопроса я больше всего боялся, а ведь придётся отвечать. И даже не мне, а тому носатому субъекту. Влип, очкарик!

— Это я предложил, — смиренно поведал папаша Кац. — Вера, извини меня, если я тебя обидел, но я не хотел. Я даже это… питаю к тебе самые тёплые чувства. Ну ты понимаешь, тянет меня к тебе потереться организмами. — Боже, что он несёт! Жить ему осталось до стаба, Вера натрёт ему организм так, что мало не покажется. И ведь не заступится, сам хочет!

— Ты? Никак ты меня не обидел. Я сама кого хочешь обижу, — возмутилась девушка.

— А чего ты тогда? — насупился папаша Кац. Все свои, но всё равно публичные признания не мой конёк.

— Организм то выдержит трение, академик? Ты мне тоже понравился, старый извращенец. Решила тебя потроллить, — захохотала Вера. — Живи, академик. Я согласна, Женя. Ведь можно мне тебя так называть теперь?

— Своим, да, — кивнул я. Так она оказывается за нас водила всё это время!

— Так я теперь своя? — ещё раз спросила Вера.

— Да. Но у нас в команде строгие правила, — надо её немножечко приструнить, решил я. — Командир всегда прав и так далее. Видишь Сиплого, он, между прочим, вор в законе. У него вся жизнь один большой срок, но меня он слушает беспрекословно. Это не моя прихоть, мы чаще всех попадаем в разные щекотливые ситуации, где порой двух мнений быть не можем. Для этого нужен командир, который берёт на себя всю ответственность. А ещё мы друг друга выручаем. Как в том фильме. Один за всех и все на одного.

— За одного, — поправила меня Вера. — Смотрела, знаю. Я не против. Клятву на крови надо давать? — на полном серьёзе спросила девушка.

— Вот ты угораешь, подруга! — рассмеялась Вика. — Я также тряслась по началу, но потом поняла, что эти люди отдадут всю свою кровь тебе, лишь бы спасти. Я такого в Улье ещё не встречала.

— На том и стоим, — кивнул Сиплый. — Добро пожаловать, крошка к нам в банду.

— Слушайте, до меня дошло. Вы же не сидите на одном месте? — стукнула себя ладошкой по лбу Вера.

— Ну да, а тебя здесь держит могила твоей бабушки? — прокаркал из репродуктора папаша Кац.

— Нет, — усмехнулась она. — Башни то как?

— С собой мы их вряд ли утащим, — согласился я.

— Оставим на хозяйстве адекватных людей, — предложил Сиплый.

— У меня есть предложение, — сказала Вера. — Можно изменить скажем так состав учредителей. Кутузов, жопа с ушами, давно напрашивается на хороший пинок под зад, за то, что развёл малину у себя под носом. Созвать сходку и переместить Кутузова с главы стаба на должность завхоза.

— Кого ты поставишь над стабом? — с интересом спросил Сиплый. — Нужен такой человек, чтобы понимал, чем он нам обязан и потом его не пришлось бы выкидывать из окна.

— Только не Гранита, он один раз уже нарулил, — сказала Лиана. — Чмошник лысый.

— Надо подумать, но мысль заманчивая, — согласился я. — Мы пока никуда не уходим. Нам и здесь ещё работы хватит. Посмотрим, как ляжет.

— Хорошо. Я своя? — подытожила Вера.

— Да.

— Тогда колитесь, что вы там ещё нашли?

— Подводную лодку и базу на дне озера в восемнадцать этажей, — выпалил папаша Кац.