Книга И пришел Лесник! 17, страница 28 – Василий Лазарев

— Можно подробнее. Ты запомнила его внешность? — я был сама вежливость.

— Конечно, все девки запомнили. Высокий статный кобель, ещё так бицепс свой нам демонстрировал постоянно. Волосы русые до плеч, глаза голубые, такие бездонные… — она замолчала и прижала руку к шее. — Пидараааас!

— Пидарас? — переспросил я.

— Не в том смысле, плохой короче, — объяснила Галка.

— Он воздействовал на неё. Дар у него такой, — пролил свет папаша Кац.

— Нимфа в мужском обличии? — перепугалась Валькирия.

— Нет. Дар, дар, — папаша Кац подбирал слова. — Он может затуманить мозги девкам. Если вдруг найдёт их.

— Изя, — усовестил я его. — Ты опять о нейронных связях?

— Запомнил, — осклабился Изя. — Это не гипноз, скорее внушение и главное он вызывает непреодолимое желание отдаться ему. Тут же на месте, очень полезный дар. — Кивнул папаша Кац.

— Соблазнитель! — заключила Валькирия.

— Точно. Соблазнитель, так будет правильно, но такой, что никто не может перед ним устоять.

— Видимо одна всё же устояла, — засмеялся я. — Иштар дала ему пинка под зад, и он побежал ловить девок на улице. Но зачем он их резал?

— Скорее всего какой-то застарелый комплекс. Он же мог спокойно уйти. Тем более на нём перстень, — предположил папаша Кац. — Может, ему нравится, когда всё в крови?

— Мудило, могли же дождаться месячных в таком случае, зачем резать! — обиженно произнесла Галка.

— Галка, ты видела у него перстень с красным камнем? — увёл я её в сторону от пагубных мыслей.

— Да, был такой. Я сначала думала, что это кольцо, когда он дожидался меня на выходе, но он его перевернул камнем вверх сразу, как я вышла.

— Так и есть. Бэрримор сказал, что так он активируется.

— Что было дальше? Что он говорил? — продолжил я спрашивать.

— Он представился Красавчиком, ну это наиболее точно отражает его сущность, — медленно произнесла Галка, вспоминая маньяка. Мне показалось, что она не прочь с ним ещё раз встретиться, но только в более мирной обстановке. — Предложил проводить домой, я согласилась зачем-то, хотя живу над кабаком. Он подхватил меня под руку и повёл вверх по улице. Время уже было позднее. Часа три не меньше. Девки все разошлись кто куда, странно, но на нас они совершенно не обратили внимание. Чем дольше он держал меня под руку и шептал всякую чушь, тем больше я хотела его. Минут через пять я была готова отдаться ему прямо посреди Пикадилли на брусчатке. Если бы он не взял меня, то я сама его там трахнула! Он затащил меня в переулок и поставил носом к стене. В принципе мне нравится и без предварительных ласк, вот так вот по-солдатски. Раз и ты уже облизываешь кирпичную стену! А чё? Там ещё выщерблины были такие, я кое-как упёрлась руками в стену, чтобы не упасть. Он такой сильный…

Меня так давно никто не драл. Я орала как дикая кошка и грызла в экстазе кирпич! Я даже в какой-то миг потерялась, где я. Что это было? Он гипнотизёр? Я не помню сколько это длилось, но заметила, как у меня слюна капает изо рта. Я, конечно, не против побухать, но, чтобы вот так в сопли. Я прижала подбородок к груди и уставилась на мокрый свитер. В этот момент он полоснул меня по шее. Боли я не почувствовала, только какой-то дискомфорт, а потом свитер мигом окрасился красным. А потом дикая боль в голове уже окончательно отрезвила меня, но я только захрипела и свалилась на землю одновременно с болью безостановочно кончая. — Я смотрел на возбуждённую Валькирию в этот момент и даже немного испугался за свою честь, что невольно отодвинулся подальше. Благо, что она не заметила.