Книга И пришел Лесник! 17, страница 129 – Василий Лазарев

Я стул схватила да как тресну его по башке. Стул в щепки, а ему хоть бы хны. Ноль внимания. И тут он меня совсем расстроил, рот свой открывает, а там уже треугольные зубы. Глаза жёлтыми стали и ногти растут как на дрожжах. Я испугалась, а он портки свои переступил и ко мне идёт. Я ещё раз его стулом, уже другим. Не помогает, он только урчит как кот. Понимаю, что как женщина я его больше не интересую, здесь другое. Он зубами щёлкает, облизывается. Третий стул полетел уже не в него, а в окно. Следом прыгнула я, не разбирая дороги с третьего этажа. Хорошо под окном палисадник был, и яблоня росла. Я по ней скатилась, но всё равно неудачно ногу сломала, лодыжку.

Это я уже потом поняла. Сперва я бежала по школьному двору и орала от ужаса. Смотрю поблизости все такие же. И чем больше я ору, тем больше мной интересуется. И так потихоньку в мою сторону разгоняются. Я замолчала и ковыляя на трёх конечностях, периодически падая, где ползком мне всё же удалось оторваться от них. Кое-как вышла на дорогу. Ничего не понимаю, я вдруг вижу перед собой вооружённых людей. А они меня. Я же ведь сразу попала к мурам, милый. Они остановились и пристрелили парочку заражённых увязавшихся за мной. Я стою такая вся оборванная, по ляжкам моим кровь течёт и сперма. С разбитой рожей. И что ты думаешь они сделали? Я и дальше продолжила познавать волшебный мир большого секса. На этот раз их уже было семеро. Мне показали для чего девушке нужны отверстия. И даже больше. После чего они закинули меня внутрь и повезли к себе в деревушку. Позже она получила название Сонгми.

— Погоди, что-то знакомое, — Горец сидел белый как будто это с ним произошло, а не с Иштар.

— Вьетнамская деревушка, где наши партнёры пытались насаждать демократию, но так увлеклись, что никого в живых не осталось. Ни одного узкоглазого, — ответила Иштар.

— А почему…?

— Я их всех уничтожила, как только обрела дар нимфы. Дальше рассказывать не буду, потому что сама половину не помню. Но ты не думай, без дела я не сидела! — подмигнула Горцу Иштар.

— Охуеть, — выдохнул Горец. — У меня как-то проще всё прошло.

— Что думаешь? Тошнить не хочется? Не воротит тебя от меня? — Иштар пожалела, что открылась этому человеку.

— Что я думаю? — Горец с ужасом покачал головой. Иштар замерла в ожидании ответа. — Что я думаю! Охренеть, вот что я думаю. Ты же теперь все позы знаешь?

— Ну… ты… вот… же… сволочь, — она вцепилась в него и обняла. — А ты, оказывается грязный тип? Да, милый, все-все знаю. Я вообще ускоренные курсы прошла и защитила докторскую по экстремальному сексу.

— Я кажется влюбился в тебя, нимфа. Нас сожгут на одном костре, дорогая, — прошептал он Иштар на ухо.

— Пусть попробуют. Ты же теперь будешь вечным хозяином Вавилона. А я твоей верной женой. Я решила не высовываться и больше не заниматься массовыми казнями. И не участвовать в оргиях, дорогой.

— Ну и правильно. Чем больше живых людей вокруг тебя, тем лучше, моя прелесть. Ты не задумывалась?

— Знаешь, милый, после той учительской у меня не было времени остановиться и подумать. Всё как-то завертелось, а потом у меня в голове пульсировала только одна месть. Мне хотелось отомстить и желательно всем сразу. Я можно сказать лишь с тобой остановилась.

— Вот и чудненько. Тогда мы можем идти в «Пирамиду Хеопса»?