Книга И пришел Лесник! 13, страница 47 – Василий Лазарев

— Он закладывал. В его телеге и нашли. Должно быть что-то мощное, раз до орбиты пробивает.

— Или до ретранслятора на земле? — спросил папаша Кац.

— Здесь нет ретрансляторов. Я это точно знаю, ближайший за Римом в двухстах километрах. И потом он должен быть в прямой видимости, а не далеко за горизонтом, — ответила Немезида.

— Подкованная, — хмыкнул папаша Кац.

— Бауманка за плечами, — показала ему язык Немезида.

— Прикольно, — кивнул папаша Кац. — Я начинаю чувствовать себя ущербным. Я всего лишь кандидат наук.

— Ты тарг? — спросил я погонщика. Он кивнул в ответ. — Зачем ты установил это устройство? Разве тарги работают на внешников?

— Он не сможет ответить тебе, Жень, — сказала Гюрза и положила устройство перед мной. — Они же шипят, говорят из них только элитные особи.

— Как же нам его тогда допросить?

— Я попробую? — предложил свои услуги Ким.

— Точно, он может!

Ким подошёл ближе к таргу и начал внимательно смотреть на него. Тарг побледнел, затем посерел и тут случилось то, чего мы никак не ожидали. Из его руки скользнул костяной шип, и он одним движением пробил себе голову. Острие шипа вошло в нижнюю челюсть и вышло из макушки. Тарг как стоял, так и рухнул на землю.

— Вот и поговорили, — крякнул папаша Кац.

— В натуре он хабар прикрутил, — Сиплый сплюнул на тарга. Опустившись ближе к нему, он приоткрыл тому рот и резко отпрянул, увидев частокол треугольных зубов. — Вы не гнали что ли? Тарг?

— Надо нам очень. Иди сюда, — Иштар подозвала его к своему ложу. Сиплый на ватных ногах подошёл к ней и застыл. Моя ненаглядная что-то прошептала ему на ухо и хлопнула по плечу. — Свободен.

Сиплый потряс головой и посмотрел на нас как будто впервые увидел.

— Сиплый иди сюда. Давно у знахаря был? Дар давно правили?

— Год уж как. У Молота особо ты никому на хрен не нужен, — папаша Кац возложил ему руки на макушку.

— Вот и какой смысл в бандиты идти? С голой жопой бегать по поручениям? — знахарь ощупывал его прислушиваясь.

— Куда меня с таким паспортом ещё возьмут? — жалобно ответил Сиплый показывая наколки.

— Куда, куда. Да хотя бы на нас поработаешь, богатым человеком станешь, — между делом сказал папаша Кац.

— Лесник, лепила твой не гонит часом? — спросил Сиплый наблюдая как знахарь шурует у него над головой руками.

— Нет, он человек слова. К тому же, ты теперь наш со всеми потрохами, — звонко заметила Иштар. — Ну, что родной? Слово есть?

— Женя.

— Что Женя? — спросил я.

— Слово Женя, — обрадованно сказал папаша Кац.

— А вот и нет. Сиплый я сейчас скажу слово и с тебя падёт мой блок. Зимбабве! — Сиплый вновь потряс головой и выпалил.

— Вы чего суки, честного бродягу решили опомоить? Я в натуре вас попишу сейчас, — и запустил руку под рубаху, но стилета там не обнаружил.

— Вот видишь? Знахарь, — Иштар одной только интонацией довела папашу Каца до белого каления.

— Ладно давай щелбан, проиграл я. Раз я не заметил, то и никто здесь не поймёт. Но как?

— Я же радужную приняла, забыл? Я теперь сама своих пределов не ведаю, — улыбнулась Иштар. — Слышь, гопник, не барагозь. — Сиплый сразу стал как шёлковый и встал рядом с Немезидой. — Возьми тарга и отнеси его подальше, сейчас за ним придёт одна очаровательная кошечка.

— Ну что, папаня, держи! — я уж постарался, да и звук такой характерный получился. Изя схватился за лоб ощупывая быстро растущую шишку.