Книга И пришел Лесник! 9, страница 63 – Василий Лазарев

— Ты чего? — надо мной нависла Наташа.

— Ударился сильно, — прошептал я.

— Пальцы ног чувствуешь? Ногами можешь шевелить? — рядом с ней показался папаша Кац. Я кивнул. Знахарь выдохнул, хоть он и большой мастер, но сращивать позвоночник на десятиградусном морозе то ещё занятие. Он положил мне руки на голову, и я сразу почувствовал себя лучше. Боль ушла, прибавилось сил. — Так-то лучше. А то лайт-спека у меня нет, Лесник.

— Плохо, надо будет разжиться, а то ходим как бомжи. Ни спека, ни жемчуга. Нам вон Арнольда надо качать, — попеняла ему Наташа.

— Девочка, я разве против? Но наш командир пялится только на твою задницу и ничем другим не хочет заниматься, — проскрипел папаша Кац гадко ухмыляясь.

— Ты тоже заметил? — радостно спросила знахаря Наташа и тот кивнул соглашаясь.

— Наташа, ты теперь моя любимая жена, — сказал я, опираясь на её руку.

— И единственная, — уточнила она.

— Единственная, понятное дело. Слушайте, но что за зверюга такая. Я своими глазами видел, как капсула с плазмой от неё отлетела, а та, что взорвалась почти не оставила повреждений на шкуре.

— Особенность йети, — пояснила Иштар. — У них сопротивление к огню.

— И чем же их брать?

— Наташа могла бы его спокойно заморозить.

— Сил не хватило на двоих. Не знаю, но мне кажется дар стал слабее, — ответила она.

— Мне тоже так показалось. Мой в два раза быстрее заканчивается, — признался я.

— Скорее всего это от того, что тридцать четвёртая заякорена почти на пятисоткилометровой границе, — пояснила Иштар. — Внешники специально вывозили людей за эту границу и снимали ошейники. Так вот наши дары дальше пятиста километров сходят на нет. Но вы не расстраивайтесь, подавляющее большинство платформ находятся гораздо ниже. Там наши дары снова обретут полную силу.

— Хотелось бы, я тоже почувствовал, что моя броня стала как бумага, — пожаловался Арнольд.

— Вообще мы молодцы, — заключила Иштар. — Йети, как я слышала большие индивидуалы и редко делятся своей охотничьей территорией. Тем более устраивают засаду на пару. Так что можно смело идти дальше, вряд ли мы их уже встретим сегодня.

— Это радует, — сказал я, потирая ушибленную спину. — Арнольд, старайся бить йети по морде, больше шансов попасть по глазам или пасти.

— Да, Лесник, но всё же странно, что я пробил его только с десятого раза. Может это потому, что пушка старая? — Арнольд покрутил рукой рассматривая ствол.

— Ты о чём? — не поняла Кобра.

— Сами говорите, что ей тысяча лет. Может плазма выдохлась? — спросил гигант.

— Плазма выдохлась? — смакуя повторил папаша Кац. — А что, в этом что-то есть! Весьма вероятно. Надо будет отобрать у робота пушку и сравнить.

— Отличная идея, папаша Кац, ты и займёшься этим, — рассмеялся я и попробовал идти без поддержки Наташи.

— Просто предложил, вон пусть Арнольд сравнивает.

— Я не против!

Больше мы в тот день йети не встретили. Обошли ещё несколько ловушек. Если идти осторожно и смотреть под ноги, то их можно увидеть заранее. К тому же они не двигались, что заметно облегчало продвижение. Миновав два квартала, мы наконец приблизились к первой землянке, над которой вился дымок. Внутри горел свет проникая наружу через узкую щель, заменяющую окно. Проход к землянке перегораживал блокпост с установленным в проёме окна огромным стволом.