Книга И пришел Лесник! 8, страница 50 – Василий Лазарев

Мы успели отпрянуть от проёма досчитав до пяти. Единственный кто остался на биссектрисе угла поражения был папаша Кац. Он как раз нагнулся подобрать что-то с пола, и оказался с задницей, точно смотрящей на дверь, когда внутри конкретно ухнуло. У меня даже в шлеме заложило уши, ведь плазменный взрыв ещё и выжигал полностью кислород действуя как объёмный взрыв, только в другую сторону. На моих глазах часть стены с самой железной дверью, хорошо подточенная кислотой с той стороны, зашаталась, а потом полетела прямо на нас. Не успели мы ахнуть, как металлический овал с проеденной кислотой дверью, болтавшийся на честном слове, и солидным куском бетона, обрамлявшего конструкцию, припечатал Изю Каца к противоположной стене. Раздал противный звук будто, где-то лопнула скорлупа и настала тишина. Из зала валил едкий зелёный дым и оттуда пока никто не появлялся. Прибитый к стене папаша Кац не подавал признаков жизни. Я прикусил губу, жалко всё-таки старичка, как дверь со скрипом упала в другую сторону, к нам под ноги и в проёме появился сам Изя. В руках он держал пистолет, а из-за прозрачного стекла шлема на нас пялился сумасшедший со вставшими дыбом волосами. Я испугался, что он сейчас начнёт стрелять в нас и кинулся к нему с целью отобрать пистолет, но стоявшая рядом Лиана справилась с этим быстрее.

Астра взяла академика под руку и тихо отвела в сторону усадив его на ступеньку. Папашу Каца немного подтряхивало, и он злобно зыркал на нас, пытаясь, унять руки, которые сами по себе дёргались и прихлопывали по ногам. Лиана, взглянув на него ухмыльнулась и продолжила знакомить пришельцев с новыми образцами вооружения. Тем временем первый эшелон паутины полностью растворился, и мы зашли внутрь. А что, у них тут довольно мило. Мы чётко увидели границу плазменного взрыва, смотрелось это как огромный шар, внутри которого не было ничего. Он почти достал до потолка и сжёг все коконы в пределах своей ответственности. В глубине кто-то ворочался, кто-то весьма большой, рядом с ним суетились фигуры поменьше. Лиана сразу перенесла огонь по большому объекту. Раздался рёв, когда последняя пара ракет с чавканьем утонула в чём-то мягком. Взрыва, однако не последовало. Чудовище не переставало реветь и к нам кинулись окружавшие её фигуры поменьше. Я сразу понял, что это чужие и начал стрелять, когда они только разгонялись в нашу сторону. Эх, жалко Древние мало что понимали в оружии. Гранат, например у них вообще не было, а как бы они сейчас пригодились! Череп выстрелил от бедра, и первая фигура в зелёном дыму наткнулась на прозрачную стену. Взрыв и ноги чужого ещё бегут, а верхняя половина улетает вверх. Всё вокруг заливает новой порцией кислоты и снова смердящий дым застилает глаза.

Я сбил одного из своих пистолетом и включил клинки уповая на скафандр. Из зелёного тумана внезапно выскочила костлявая лапа и чиркнула меня по шлему. Скафандр выдержал, а вот мои нервы нет. Я нанёс два размашистых удара расчленив чужого. Из разрубленной груди мне в лицо брызнула тугая зелёная струя. Ну всё, развод Наташа! Ан нет, лицевой щиток шлема кислоту даже не заметил. Что за чудесный материал! Я воодушевлённый бросился навстречу наступавшим, тем более от столь активной работы пулемёты Лиана перегрелись и замолчали. Ракет больше не было и хорошо бы, чтобы она не вспомнила про пять килотонн у себя за спиной. Эта не промедлит и устроит им здесь взятие винного магазина за три минуты до закрытия в разгар перестройки. Сам я не дожил до этих волнующих восьмидесятых годов, но по рассказам Черепа и папаша Каца, время было замечательное.