Книга И пришел Лесник! 5, страница 50 – Василий Лазарев

— И что, заражённые его не могут поймать? — удивилась Лиана. — Не поверю, чтобы его не смогли догнать.

— У него «невидимка». И он выяснил, что суша уходит метров на сто в глубину и фактически плавает в огромном море. Ближе к поверхности проявляются особенности потоков. В том числе непонятно откуда возникает чернота. Может это вовсе и не чернота в нашем понимании, но заражённые никогда не пересекали её. Радиосвязь проходит, но переплыть её невозможно. Если на суше иногда удавалось зайти в черноту аж на километр, то здесь она проявляет себя сразу и во всей красе. Поток шириной двадцать-пятьдесят метров никому ещё не удавалось пересечь. Не над водой, не под водой.

— На сто метров ныряет? — настало время удивится уже мне. Я любил плавать и нырять, но глубже двадцати метров не погружался. И то с грузом, дальше уже не хватало воздуха на обратный путь и приходилось подниматься.

— Почему на сто? Метров двести спокойно одолеет, только чего там делать?

— У вас есть выходы в магазины кроме Зайкино?

— Есть. Два выхода. Вот здесь осторожнее, не наступайте на жёлтую траву. Это не трава вовсе.

— А что?

— Это побеги тех самых хищных водорослей, цепляют за лодыжку и тащат под воду.

— Ой! — подпрыгнула Лиана и обошла жёлтые ростки как можно дальше. — Ты не молчи. Что ещё нам надо знать? И вообще зачем вы живёте в такой жопе?

— Об этом у Тюленя спросите. Моё дело довести вас до администрации.

За разговором мы прошли узкий опасный коридор и вышли на просторную поляну, вокруг которой даже росли деревья. Никогда бы не догадался, что в нескольких сотнях метров под ногами везде вода. Мы прошли под вышкой и Дзю помахала рукой часовому. Дальше наш путь пролегал через небольшую куцую рощицу. В конце концов тропинка вывела к хутору домов в двадцать. Тишина, деревянные дома и не скажешь, что находишься в Улье. Дзю подвела нас к самой большой избе и осторожно постучала в дверь молоточком висевшим рядом. В избе что-то пробурчали и мы зашли внутрь. В сенях было темно и шедший за Дзю Зомби сходу во что-то врезался, он споткнулся и врезался головой в корыто, чем всех позабавил. Чертыхаясь, он вошёл в зал. Лавки по стенам, в углу стол, вот, пожалуй, и всё убранство. Не считая огромной бадьи посреди избы литров на пятьсот, в которой был налита вода и сидел усатый мужик. Его усы свешивались с подбородка, настолько длинными они были. Сам он был доволен толстый с бледной кожей. Рядом с ним стояла ещё одна женщина и подливала в бадью горячую воду из кувшина.

— Тюлень, к тебе. Только что из Зайкино, — доложилась Дзю и присела на лавку.

— Ага, прошу прощения за свой вид. Сохнет кожа, вы уж извините, — Тюлень выпростал пухлые руки из бадьи и утвердил их на специальных подставках. Мы с удивлением, а Зомби с ужасом уставились на его ладони. Они у него были как у утки, пальцы соединялись перепонками. Он поймал наши взгляды и ответил.

— У меня открылся второй дар после ментата. Я не кваз и наш знахарь обещал мне, что ничего особенного со мной не случится. Вот ведь жалко, что его утащили водоросли, я бы с ним сейчас поговорил по-мужски! — Тюлень в негодовании потряс усами.

— Сиди уж, вояка, — сказала женщина, подливавшая горячую воду. — Это он тебе специально сделал. Не надо было на его бабу залезать! — Нравоучительно проговорила сиделка.