Книга И пришёл Лесник! 2, страница 99 – Василий Лазарев

— Впечатляет. Лесник, а ты уверен, что убежишь от него? — неуверенно спросила Наташа.

— Да, Жень. Не решил ли ты меня преждевременно сделать молодой вдовой? — нахмурилась Лианка.

— Я экзоскелет одену. С помощью него я выманю зверя и в решающий момент дам газу под даром. Не догонит, он даже не увидит меня, — пообещал я.

— От Извергов ты чего-то не очень убежал, — покачала головой жена.

— Так они двигались так же быстро, как и я под даром, а этот ползёт со скоростью обычного бегуна. Успею. Всё будет хорошо.

— Именно эта фраза многих подводила, — засмеялся Бес. — Кстати, он очень не любит, когда пенопластом по стеклу и обязательно проснётся. Это выяснилось совершенно случайно во время второго нападения.

— Учтём. До вечера справятся с дырами? — спросил я. — Тогда вечером можно будет начинать.

— Пойду узнаю, — сказал Бес и пошёл к рабочим.

— Лесник, мне чего сыкотно, может ну его? — Лиана взяла меня за руку и прижалась ко мне.

— Не дрейфь, рыжая. Я везучий, — я погладил её по голове. Наташа отвернулась.

— Кац предлагает…

— Сдаться? — не удержалась Лиана.

— Нет, девочка. Кац предлагает одеть нолдовский шлем и обклеить лицевой щиток фольгой. Возможно, он как-то отразит взгляд если, Лесник случайно на него посмотрит.

— Как же я тогда увижу, что происходит впереди?

— Можно проделать маленькие дырочки, — предложил папаша Кац.

— Да бросьте вы ерундой страдать. Как только услышу позади червяка, я буду смотреть только вперёд, убегая от него на всех порах.

— Можно как в легенде про гидру и Персея смотреть в зеркальце назад, — Лиана достала своё квадратное. — Закрепить его на твоей каске, как зеркало заднего вида?

— Давай, возможно, это самый реальный вариант.

Через три часа всё было готово. Воспользовавшись дневным сном чудовища, мы с Гномом прошлись по верхней галереи. Гном, своим чутким носом, точно указал одно из ответвлений в котором спал червь. Оставалось только разбудить его и начать операцию. Солнце уже клонилось к земле, когда все, кто был с нами убрались подальше, пожелав нам с Наташей удачи. Я нарядился в экзоскелет. Наташа уже ждала внизу между третьим и четвёртым отверстием. Я же вошёл в верхнюю галерею. По заверению Беса червяк должен был скоро проснуться. С собой у меня были химические фонари, которые я разбрасывал каждые десять метров у отверстий. Бежать в темноте было ещё тем удовольствием. Да и Наташа поймёт, что червь приближается, когда он закроет собой дыру, и свет погаснет. Я прошёл так двести метров и стал углубляться в нору.

Мне было не по себе и даже жутко. Чего уж здесь строить из себя супермена. Примерно так, как было со мной во время первого перехода через линию фронта. Мы тогда пошли за языком. Сорок первый год, Подмосковье. Фашист прёт к столице, мы постоянно отступаем, а местами даже бежим, оставляя свою землю. Почему так случилось, я понял только очутившись в Улье. Папаша Кац интересовался историей и рассказал уже большинство общеизвестных причин нашего поражения и неудач в начале войны. Двумя словами нас поймали на противоходе. Мы только замахивались, а они ударили. И мы пропустили первый удар, хотя были сильнее. Ладно, в общем был мандраж. Куда без него. Я прислушался. Тихо. Спит ещё. Достал кусок пенопласта, любезно предоставленный Бесом и стекло. Ну, поехали!