Книга И пришел Лесник! 1, страница 84 – Василий Лазарев

— Где люди, что ехали в тех машинах? — спросил его я, держа в руках финку.

— Их уже нет. Вы следующие, — мур совсем не понимал, куда попал. Я схватил его одной рукой за ухо, а второй резко отсёк это самое ухо полностью. Из глаз мура брызнули слёзы, его зрачки расширились, и он заорал, впрочем, тут же получив по морде заткнулся. Этот тоже не бывал на лекциях товарища Камо. А зря. Он что-то хотел сказать, но я только поглубже засунул кляп и сел у костра у него на виду. Надел его ухо на кончик ножа и стал жарить. Люблю хрустящую корку. Гном убежал блевать, Лиана сглотнул ком во рту.

— Соли нет ни у кого? А то не успел позавтракать, — чуть ли не извиняясь спросил я. Боковым зрением я заметил как поплыл мур. Он уже не смеялся, а плакал. Мне надоело жарить я сбросил ухо в костёр и вернулся к привязанному муру. Недолго думая, прижёг раскалённым клинком его татуировку со свастикой на шее. Мур изогнулся как рессора и беззвучно заорал. Я вытащил кляп чтобы все послушали этот его призыв к брачным играм. Затем вспорол на нём комбинезон и содрал его, обнажив грудь всю в наколках.

— Ты чего реально фашист? — я застыл с ножом в руке.

— Нет! Старшие кололи себе, и я тоже решил.

— Да на тебе, долбоёб живого места нет. Это Гитлер, а это кто? — я подошёл ближе, чтобы рассмотреть какого-то лысого обсоса.

— Бандера, наш герой.

— О как. Ну ты приплыл сынок. Смотри как мы делаем, — я аккуратно обвёл лезвием рожу Гитлера и ухватившись за края резко дёрнул. Мур заорал и получил кляп. Следующий на депиляцию был Бандера. На этот раз только глаза сказали о том, как ему больно расставаться с мордой фашистского прихвостня. — Ещё есть лики? — мур энергично тряс головой. — Ладно на слово поверю. Даже на жопе ничего не наколол? Давай продолжим. Ты, наверное, плохо слышал? — Я подошёл с другой стороны, где у него ещё росло ухо. — Я повторю вопрос. Где люди, что ехали на тех машинах?

— Их всех увезли… на шаттле. Нолды… а сука… ты что творишь?

— Разбираю тебе по частям. Ты же должен знать.

— Лесник, вот я нашёл соль, — Гном держал в руках небольшой кулёк.

— Вот спасибо, а я думал то проблеваться побежал. Куда их увезли?

— Не знаю! — заорал мур. Какой нервный диверсант пошёл, не то, что фашисты. Те только бурчали что-то себе под нос постоянно. Я взял щепотку соли и щедро посыпал на то место, где у него раньше росло ухо остальное высыпал ему на грудь. Вот сейчас его точно слышали даже в Гадюкино.

— Ещё раз и повторим, но только уже с носом. Где они?

— Ну не знаю я как сказать. Карту дайте, изверги! — Пигмей как ждал сразу, сунул ему под нос карту. — Вот, слева вверху около поворота реки их база… временная. — Он показал глазами на первый квадрат.

— Так бы сразу. Может пришить тебе ухо назад? Обугленным будешь! — повеселел Пигмей, доставая свой нож. — Лесник?

— У меня всё, — Пигмей полоснул мура по шее и тот затрясся в агонии повиснув на берёзе.

— Ну нельзя было подождать, когда я отойду? — сказал я, отряхиваясь от брызг крови.

— Не стой под стрелой, — Пигмей заржал и слизнул кровь с лезвия. Улей делает из людей маньяков. — Чего делать то будем?

— Квадрат известен, примерное место тоже. Далеко туда?

— Десять километров.

— Мы тогда на машине туда, разведаем что к чему, а ты собирай народ и догоняй. Встретимся вот здесь, — я показал точку на карте между предполагаемым лагерем муров и дорогой.