Книга Закат 2, страница 56 – Василий Лазарев

Резвый шёл по набережной Ялты щурясь от полуденного солнца. Жизнь неожиданно повернулась к нему лицом. Выйдя из мест лишения свободы, он встретил старинного приятеля и тот уговорил его проехаться с ним на курорт. Резвый даже и не понял, как отсидел те смешные два года. Сейчас он понимал, что получил от судьбы щадящий урок. Не махать без причины своими чугунными кулаками и меньше трепать языком, а также контролировать себя. Уж очень он вспыльчивый. Конечно, чтобы переделать себя, порой уходит целая жизнь, но основы ему всё же вложили в голову. Резвый стал осторожен и без веских причин в неприятности не ввязывался. Вчера они удачно развели двух нефтяников, приехавших откуда-то из Сибири. Люди были при деньгах, а вырвавшись на оперативный простор после долгой вахты совсем потеряли бдительность. Пока его подельники отсыпались, Резвый решил искупаться, а потом перекусить в шашлычной, благо их здесь было как блох на собаке. Мясо конечно ужасное, за хорошим надо идти в рестораны, которые откроются только ближе вечеру.

Резвый уселся в летнем кафе и заказал пиво и шашлык. Под зонтиком, дающим тень и хоть какую-то прохладу Резвому значительно полегчало, хотя голова давала о себе знать. Вчера всё же они перебрали на радостях отжав сразу три тысячи рублей. С такой суммой на кармане редко кого встретишь, тем более пьяного. Вот что значит жить вдали от цивилизации. Сколько они там свою нефть добывали? А, по фигу. Наверное, уже отправились обратно. Эти даже заявлять не будут, да и не ищет никто. Сейчас в Крыму сезон, найти кого-то по столь скудным приметам нереально. Кепка, фикса блеснувшая в темноте и якорь выколотой между большим и указательным пальцем. И всё? Нет, ещё товарищ милиционер бы кулак. Величиной с голову ребёнка. Дальше ничего не помню. Резвый довольно улыбнулся, примерно так представляя себе рассказ нефтяника в отделение милиции.

— Паскуда! — справа за спиной Резвого вскрикнула женщина. Парень обернулся и увидел очень симпатичную блондинку, сидевшую между двух бородатых субъектов. У одного был сломан нос, у второго уши. Борцы? — Иди ты в задницу, знать тебя не желаю.

— Лена, не ори, — с характерным акцентом прохрипел мужик со сломанным носом.

— А то что? Порежешь? Всё, я на вас больше не работаю! Адью, — она встала и направилась к выходу. Эти двое увязались за ней. Резвый сам не отдавая себе отчёт встал и пошёл за ними. Такую красивую девушку нечасто увидишь, она подействовала как магнит на Резвого не давая отвести от себя взгляд. Ушли недалеко, сразу за кипарисы, окружавшие плотной стеной кафе. Когда наш герой их догнал, то первый крепко держал Лену за руку, а второй шарил по её сумочке. Резвый не стал разводить лишнего, как любят изображать в таком случае в фильмах. А просто и без затей ударил сзади по почкам первого. И тут же второго в челюсть. Второй удар вышел лучше или бородатый стоял удобнее. Он завалился в кипарис и больше не поднялся. Первый, согнувшись от боли что-то прохрипел. Второй удар сверху вниз в челюсть погасил перед ним сверкающий полдень. Лена застыла с открытой сумочкой взирая на своего спасителя. Резвый поднял с земли косметичку и что-то ещё и подал девушке.

— Резвый, — представился он.

— О, я уже вижу, — ямочки на щеках в конец добили Резвого.