Книга Закат 2, страница 26 – Василий Лазарев

— Я за креплением этой ерундовины полночи потерял, — с обидой в голосе сообщил Клёнов.

— Кто же спорит, но она свою роль выполнила и сейчас только мешает, Саша.

— Да, — флегматично вздохнул Клёнов, — надо снимать. Заодно и пообедаем.

Наташа остановилась на высоком холме. С него имелся хороший обзор и отлично просматривалось то направление, откуда прибыли путешественники. Клёнов с Резвым сняли скребок с переднего бампера вездехода и оттащили его в сторону. Роза и Марина тем временем разогрели уже готовые блюда, переданные им поварами в армейских термосах. Девушки собрали нехитрый стол, и все уселись на лавки. В меню сегодня была перловая каша, сдобренная тушёнкой. Немного водки для аппетита и консервированные персики.

— Резвый, как тебе удавалось не работать полгода? — спросила Марина. Сейчас все собрались за столом, и Мамонт ждал, когда кто-нибудь начнёт что-то подобное. В принципе вопрос интересный, мы практически ничего не знаем друг о друге, решил он. Это как групповая терапия.

— Удивлён почему сразу не спросили, — хмыкнул молодой человек с удовольствием поглощавший кашу.

— Всё некогда было. У нас даже в деревне за три месяца пробела в трудовой книжке такие вопросы задавали, а здесь Москва!

— Я вас обманул. Не полгода, полтора. Это же не страшно? — Резвый почему-то посмотрел на Наташу. Та пожала плечами.

— Если ты меня спрашиваешь, то я вообще никогда не работала, — рассмеялась она. — Я числилась. Закон суров, но его пишут люди.

— Натаха у нас белая кость. Принцесса с улицы Горького, не чета нам, — ввернула Кроха. — Латынь знает и носит красные труселя.

— Сейчас в лоб дам! Серёг, может возьмём вместо неё Петровича? Он хоть базар фильтрует, а эту малолетку отправим к коровам.

— Ты чё в натуре? — подскочила Кроха. — Лучше меня нет никого!

— Тогда помалкивай чаще, — злобно высказалась Наташа. Я прекрасно знал её больное место. Она их стирала каждый вечер, ведь других у неё не осталось.

— После отсидки меня никуда не брали, — продолжил Резвый облизав ложку. — А куда брали сам не хотел. Ну вот зачем мне работать дворником или грузчиком на овощебазе? Я бы в винный пошёл грузчиком, но там похоже династии одни. Должность то козырная, от отца к сыну передаётся! Или мясником на рынок, но тоже без блата не попадёшь. Так болтался с корешами по югам, лохов бомбил на курортах. Прибыльное дело.

— То есть ко второй ходке готовился? — спросил Мамонт ухмыльнувшись.

— Не то чтобы. Через годик вернулся по месту прописки в Москву, а там участковый нарисовался. Бабки у подъезда меня мгновенно сдали. Он говорит, статья тебе за тунеядство. Добро пожаловать на сто первый километр. Нечего мне в преддверии Олимпиады в городе воздух отравлять. Тогда многие под эту метлу попали. На новом месте с цыганами познакомился, они мак выращивали и толкали во все стороны. Книжку трудовую в местном колхозе за червонец в месяц пристроил и перебивался случайными делами. А дальше вы и сами знаете.

— Погоди, но ты же боксёр? — спросил его Кощей

— Да, мастер спорта по боксу. Тренер говорил, что подаю надежды, — расправил плечи Резвый.

— Так чего они за тебя не вступились после отсидки. Работу бы нашли.

— Ты смеёшься, Валера? Кому я нужен с волчьим билетом. Всё, судимый, привет. Дорога у меня с тех пор только одна была. Это только в кино показывают, как на путь исправления встаёт рецидивист, да ещё и раскаивается при этом и все кругом радуются. На самом деле со справкой об освобождении ты никому на хер не упёрся. Но мне на зоне не понравилось. Просто скучно, воздуха нет, депрессуха одна. Рожи унылые кругом, мутят чего-то всё. Пауки в банке. Мне даже здесь сейчас лучше.