Книга Закат 1, страница 97 – Василий Лазарев

— Почему думаешь, что свежая? — спросила Наташа.

— Когда аномалия появляется, как и любые другие, она как бы живёт. Клякса волнуется, постоянно меняя свои формы. Идёт волнами, выплескивается в стороны щупальцами. И чем старше она становится, то растекается как ковёр и не двигается. В самом конце своего цикла аномалия начинает сжиматься как шагреневая кожа, — Кроха помогала себе руками показывая какие причудливые формы может принимать аномалия.

— Ого, ты Бальзака читала? — удивилась Наташа.

— Кому-то надо читать, мы в Урюпинске читаем, — улыбнулась Кроха. — А у вас в Москве библиотеки есть?

— Запомнила, — рассмеялась Наташа. — Я не со зла.

— Я тоже. Так как ты засёк красную, Мамонт?

— В этот прибор видно её как кляксу. В нём правда она зелёная, — Мамонт постучал по корпусу бинокля ночного видения.

— Дай-ка глянуть, — Кощей прильнул к окулярам. — В самом деле. А ты, Кроха цвета различаешь?

— Представь себе, дальтоник, — едко ответила Дюймовочка.

— На поле ещё какие-то тени появились, — сказал Кощей. — Плохо видно.

— Ложись, это партизаны, — прошептала Кроха, взяв свой бинокль. Не раздумывая все упали в снег, кто где стоял. Мамонт отобрал обратно бинокль и наблюдал за идущими цепью пятью партизанами. Казалось бы, всего пятеро, но с их оружием это была грозная сила. И лучше с ними не связываться. Оно неумолимо шагали в направлении красной аномалии и вскоре зашли в неё. Однако с партизанами ничего не случилось! Они не сгорели, аномалия вообще на них никак не отреагировала.

— Чего они там ищут? — проворчала Лида.

— Известно, что, артефакты, — прошептал Кощей.

— Откуда они там, — фыркнула Лида и удостоилась взгляда сразу двух дамочек.

— Им, наверное, лучше знать, как думаешь? — тихо сказала Кроха.

— Они только этим и занимаются, что собирают артефакты, — добавила Наташа.

— Для кого? — изумилась Лида.

— А ты сходи, спроси, — не выдержала Кроха и прибавила одними губами, но Наташа рассмотрела «овца тупая».

— Да иди ты. Я серьёзно спрашиваю, — возмутилась Лида.

— Я тебе серьёзно отвечаю. Мамонт, что они тебе сказали? — прошипела Кроха.

— Отдай артефакт или я убью тебя. Но мне показалось, что он всё же сказал отдай артефакт и я тебя убью, — Мамонт, улыбаясь имитировал их монотонную речь.

— Если бы не отдал? — у Лиды вытянулось лицо. — То не убил бы?

— Сегодня не твой день, Лида, — Наташа сочувственно взглянула на неё.

— Хватит вам трепаться, смотрите! Они вроде нашли что-то, — Кощей застыл с открытым ртом. Партизаны стояли и смотрели, как один из них роет снег как собака, откидывая его между ног.

— Как долбанный экскаватор роет. Получается, что артефакты залегают в аномалиях? — Кроха кусала губы от злости. — Нам туда ход заказан, сука! Мамонт! Нам надо их обезжирить!

— Чего? — Мамонт решил, что ослышался.

— Того, эти черти нашли наш артефакт! — возмутилась Кроха.

— Но их пятеро, — чуть не падая в обморок прошипел Кощей.

— Ты, дохлый, лечить нас будешь. В бой не пойдёшь, — успокоила его Кроха.

— Можно подумать ты пойдёшь? Их ты в аномалию не заведёшь, да и по фигу она им.

— Тише! Глядите! — партизан нырнул в выкопанную яму почти целиком и что-то вынул оттуда. На поле ярко засветились два огромных рубина. Их красные лучи устремились высоко вверх в свинцовое небо. У всей группы перехватило дыхание от такого зрелища. Мамонт не мог отвести глаз от двух столбов света. Они переливались и играли внутри прозрачной оболочки. Казалось, что снизу вверх по этим столбам поднимаются более светлые потоки. Выглядело очень похоже, если вылить чернила в воду. Вихрь потоков различных оттенков красного поднимался выше и исчезал на высоте пяти метров. Партизаны также любовались зрелищем или может застыли, внимая воздействию артефакта, этого Мамонт не знал. Но через несколько секунд свет погас, и артефакты спрятал под телогрейку один из партизан. Мамонт запомнил его, у него одного, из шапки болталась на ветру завязка.