Книга Норд, страница 99 – Сергей Савинков

Бросив взгляд на мост, я недоумённо остановился. Среди хлопьев снега на мгновение проступила антропоморфная фигура элементаля. Странно, что защитник монастыря не смог ничего сделать с атаковавшими купол демонами.

Предавшись размышлениям, я свернул налево и прошёл вдоль стены по узкой дорожке. Здесь, вне поля зрения посторонних, я мог разобраться в собственных мыслях.

Осмотревшись по сторонам и убедившись, что никто не собирается меня останавливать, я направился к группе скал метрах в сорока от ворот.

Находиться в монастыре я больше не хотел. Судя по оскорблениям, брошенным в мой адрес, я каким-то образом настроил против себя абсолютно всех. Вернусь в обитель ближе к ужину, а затем постараюсь покинуть монастырь и вернуться к мастеру Торну.

Размышляя над дальнейшими перспективами, я добрался до основания крутой каменной лестницы и по ней поднялся к небольшой часовне, стоявшей на вершине одной из скал.

Усевшись на её пороге, я устало прикрыл глаза. Холодный северный ветер успокоил мысли. Понаблюдав за окрестностями несколько минут, я заметил суетившихся людей. Скорбная процессия послушников несла тела погибших к плоской вершине одной из скал. Там уже трудились несколько рослых воинов. Они с помощью ножей и топоров рубили мёртвые тела на куски. В небе уже кружили птицы. Целые стаи падальщиков громко хлопали крыльями и занимали места на ближайших скалах. Наверняка стервятники уже привыкли к подобной процедуре, решил я. Самые голодные из хищников, не став дожидаться окончания работ, заклёкотали и спустились на площадку, где шумом и криками принялись растаскивать груду мёртвой плоти. «Небесные похороны», – подсказала память Серпентеса.

Несколько минут я задумчиво смотрел за действиями воинов. Не хотелось бы мне поучаствовать в этой церемонии. Мысль о том, что и моё тело могут вот так отдать на корм птицам, заставила меня содрогнуться. А ведь моя неосмотрительность едва меня не погубила. Я недооценил демона и рискнул выйти против него. Не удивительно, что выжившие монахи и послушники сторонились меня. В их глазах я не был героем. Скорее, круглый идиот и самоубийца, решивший встать на пути снежной лавины. С таким же успехом я мог бы броситься в жерло действующего вулкана. Выйти против демона и остаться в живых. Меня боялись и презирали. Теперь понятно, почему пока я шёл к воротам, за моей спиной то и дело раздавались шёпотки.

Думаю, что самые глазастые из воинов рассмотрели, как во время сражения с демоном на меня не подействовала магия. Зуб даю, после подобных фокусов они называют меня порождением тьмы и отродьем самого Тёмного. По крайней мере, теперь стало понятно, почему мне не разрешили искать трофеи наравне со всеми. В глазах местных я чужак и всегда им буду. Настоятель намекнул, что поторопит Торна с организацией экспедиции, а раз так, то вряд ли мне придётся жить в монастыре ещё три месяца. У меня есть неделя или две, максимум, на то, чтобы покинуть долину. Учитывая, что настрой местных изменился в худшую сторону, здесь не стоит задерживаться, а, значит, скорое появление старого мага будет мне только на руку.

Несмотря на пережитое в подземелье и сражение с демоном, мои мысли шли совершенно в другом направлении. Вместо анализа сделанных во время боя ошибок, я размышлял о злополучной карте. Если настоятель так уверен, что она такой ценный предмет, то наверняка в этом мире найдутся те, кто захочет её отнять. Если нам повезёт и в древнем городе действительно окажется схрон артефактов, то тогда затея Торна и Винтера многократно окупится. Судя по намёкам настоятеля, территория вольных кланов сейчас находится под пристальным вниманием сильных мира сего. Наверняка северные территории, богатые полезными ископаемыми и пригодными для земледелия долинами, оказались в зоне интересов аристократов из вольных баронств. Наверняка тамошние дворяне расчитывают накинуть на шею северян налоговое ярмо, а раз так, то северным кланам потребуются мощные аргументы в возможных территориальных спорах. Учитывая тот факт, что в этом мире всё решает сила, я не был удивлён тем фактом, что настоятель хочет усилить свои позиции и расширить сферу влияния. Вольные баронства, занимающие центральные территории материка и контролирующие добрую часть побережья, были монополистом во многих отрослях, именно через их портовые города шла торговля с островными поселениями магов и соседними материками. Баронства контролировали поставки порошка из драконьего корня и прочих редких алхимических ингредиентов, которые так любят расти в пустошах. Каждый уважающий себя барон отправлял в пустоши целые поисковые партии, которые, в случае удачи, многократно покрывали все возможные издержки на подобного рода предприятия. Учитывая то, что большинству баронов давно стало тесно в границах своих владений, не удивительно, что северяне опасаются экспансии с их стороны.