Книга Дождись меня в нашем саду, страница 52 – Ульяна Черкасова

Он продвигался по кругу, не останавливаясь ни на мгновение, не задерживаясь ни в одном месте, лишь бы скорее пробраться к крыльцу. Туда, где остались королевские стражники, туда, где почти не осталось мужчин.

Каменья в короне Венцеславы переливались так ярко, что даже краем глаза было их заметно. И Белый следил, чтобы эти отблески оставались слева, чтобы шаг за шагом, удар за ударом они приближались.

Он пришёл вовремя.

Один из стражников пропал. Второй лежал на нижних ступенях крыльца, сверху на нём, глодая плоть, точно два огромных комара, сидели два утопца.

Королева и её свита пятились к дверям.

Почему они не уходили? Почему не скрылись? Ради чего эта глупая показуха? Две знатные мёртвые бабы – это всего лишь две мёртвые бабы. Короны и шёлк не сделают их краше.

— Прячьтесь! – выкрикнул Белый.

Но его голос потонул в визгливом рёве утопцев.

Они были везде. Напирали из подземелий, лезли на стены, в окна, грызли тех, кто не успел выбежать за ворота.

— Прячьтесь, курицы!

С ними остался только седовласый старик. Коренастый, невысокий. Злой как бес.

Белый перескочил на ступени и впервые с того мига, как утопцы появились на площади, встал к ним лицом, загородив собой королеву и Буривой.

И это было ошибкой.

Твари напрыгнули ловко, точно кошки, повалили наземь. Нож застрял между рёбрами одного из них.

Острые клыки впились в плечо. Белый закричал. Ногами он попытался оттолкнуть тварь. Куда там! Она вонзила когти, прижала к земле. И Белый тоже схватился за её шею.

Они покатились по ступеням вниз, сбили кого-то с ног. Всё смешалось. Белый сжал зубы, сдавил пальцы. И позвоночник в его руках хрустнул.

Но тут же вместо неё оказалась другая тварь. Шустрее, сильнее, тяжелее. Она повалила его на спину, укусила. В ответ он зубами впился ей в ухо. В рот брызнула чёрная кровь. А сверху кто-то вдруг залупил руками по твари. Рядом мелькнул яркий подол. Но что твари до чужих кулаков? Тогда Белый зубами перегрыз ей шею. И никогда, никогда прежде он не ненавидел рыбу так сильно, как в этот момент.

Белый отбросил тварь в сторону, сбил её тушей другую, вцепившуюся в старика.

Он пришёл в себя посреди лужи чёрной крови.

— Что ты творишь, ублюдок?!

Во рту скопилась горькая желчь. Хорошо, если не ядовитая.

Он выплюнул шматок гнилой плоти прямо под ноги Велги Буривой, и на её шёлковый подол брызнула чёрная кровь. Она даже не дёрнулась.

— Убиваю монстров…

С грохотом распахнулись двери башен. Во двор выбежали десятки мужчин в серых плащах.

Пришли Охотники.

— Ваше величество…

Велга словно сквозь оконную слюду увидела королеву и мужчину рядом.

— Уходи… не время…

— Я должна оставаться примером…

— Не время. Показала уже пример. – Он схватил Венцеславу под локоть совсем без почитания, как простую женщину. – Теперь уходи.

И королева сдалась. Оглянувшись на двор, на тварей Нави, на Охотников, она развернулась к дверям.

— Укроемся в замке, – произнесла она холодно.

Тяжёлые двери закрылись за ними. Внутри столпились королевские гости. Мелькали одно за другим перекошенные от ужаса лица. Дворяне толкались, торопились, растеряв степенность. Велга старалась держаться за Матеуша, но толпа разделила их, и она вдруг оказалась прижатой к мужской груди.