Книга Дождись меня в нашем саду, страница 32 – Ульяна Черкасова

— И что оказалось?

— Оказалось, под Совином в подземельях скрывались духи Нави. Они-то и устроили настоящую резню во время Совинского пожара. Там же не только чародеи были. Ещё и жыж.

— Кто?

Вадзим не сдержался и закатил глаза:

— Вот ты даёшь. Ничего не знаешь. Дух такой огненный.

— Мне не платят за то, чтобы я разбирался в навьих тварях. Мне платят, чтобы я людям глотки резал.

— Ну всё равно, – развёл руками гусляр. – Всё-таки полезно знать, кто и где живёт, чем опасен. Вдруг пригодится. Вот, может, если бы ты больше знал, не связался бы со Щуром.

— Это да…

— Жалеешь?

— Думаю, что он теперь не моя беда.

— Зато от Велги Щур вряд ли просто так отстанет.

— Значит, пусть не лезет купаться в речках.

Стараясь не смотреть на Вадзима, Белый прошёлся по краю рва, присмотрелся к покосившейся, проржавевшей решётке, которая закрывала вход в подземелья. Кто-то сломал её. Вопрос, как давно.

— Делаешь вид, что тебе всё равно?

— А мне не должно быть всё равно? – вскинул бровь Белый. – Хотя да. Если девчонка погибнет, некому будет заплатить за договоры. А деньги нам по-прежнему нужны. – Он осклабился так гадко, что даже самому стало противно. Белый знал, что голос его зазвучал ядовито-приторно. – А то как же ты вернёшься к своей Милке без долга?

Он ждал или похабной шутки в ответ, или оскорбления, или отговорок, но Вадзим будто вовсе не обратил внимания на его слова. Он нашёл лучший способ раздражать Белого:

— Я же видел, как ты на неё смотрел. Как на солнце.

— Щурился, что ли? Потому что смотреть на солнце больно. Ну, в принципе, да, Буривой ещё та дрянь, глядеть на неё неприятно.

— Что, даже имя её забыл?

— А?

Морда у Вадзима была круглая, наглая, на редкость противная. И улыбка такая же. Всё же стоило выбить ему зубы.

— Не акай мне, Белый, ты как маленький, честное слово, – осклабился Вадзим. – Что, мальчик испугался своих чувств к девочке? Ну ты дёрни её за косичку, а то она не поймёт, что понравилась тебе.

Белый почувствовал, как дёрнулся глаз.

— Иди на хер, Вадзим. Вот прямо сейчас встань и пойди на хер. А я пойду работать. Можешь дальше сколько хочешь языком трепать.

— А чё ты меня на хер посылаешь? Я тебя тоже пошлю тогда.

— Ну пошли.

Вадзим вздохнул устало, провёл ладонью по вспотевшему лицу. Солнце стояло высоко, жгло жарко.

— Можешь отнекиваться сколько хочешь. Я видел, как ты смотрел на неё.

— Как и на любую красивую девку.

— Не, не как на любую…

Спорить с ним было совершенно бесполезно, впрочем, как и обсуждать что-либо вообще, поэтому Белый подошёл ближе к решётке.

— В общем, будем надеяться, ты не ошибся и я пройду тут через подземелья в сам замок, – произнёс он не оборачиваясь. – Если не пройду и просто замараю сапоги в дерьмище, найду тебя и тогда точно выбью все зубы… или пальцы сломаю. Что тебе будет обиднее? Хм… Зубы-то обратно не отрастут.

Белый наконец обернулся на Вадзима, улыбнулся с предвкушением. Но шутка гусляра не развеселила, он смотрел равнодушно, даже с какой-то скукой, отчего улыбка быстро стёрлась с лица Белого. Он внимательнее оглядел сломанную решётку. Места как раз хватало, чтобы пролезть взрослому мужчине.

— Если это потайной вход в замок, то не слишком-то хорошо его припрятали в таком случае.

Вадзим пожал плечами:

— Да хер его знает. Может, недавно решётку сломали, вот и не успели заметить.