Книга Птицы Великого леса, страница 292 – Ульяна Черкасова

— Ты не должна платить, – прошелестел голос в её голове. – Ты не заслужила этого. Они. Они виноваты.

Кто? Дара не знала.

— Заставь их заплатить. Они. Они виноваты.

Голос шептал, бормотал без остановки, и Дара не могла ни слова разобрать, ни звука понять. Но внутри неё росло, множилось, разрасталось нечто чёрное, бурлящее, страшное, беспощадное. Из глаз катились слёзы. Горло сжималось. Она задыхалась.

— Заставь их заплатить.

И когда Хозяин ступил на поляну, Дара ударила.

Огненный зверь кинулся в воду, перескочил через чародеев и прыгнул прямо в середину озера. Пей!

Люди попадали один за другим. Дара стянула их нити вместе, в один узел. Пусть не может пока оборвать, но дайте ей серп в руки! Чародеи в её власти. Бесполезные, ничтожные. Они хотели силы? Она им не достанется.

— Твоей, твоей боли они хотели! Твоей крови!– шептал Ворон Даре, или это она сама себе шептала, сама с собой говорила? Тело принадлежало ей лишь наполовину.

Из золота и огня выпрыгнул её пламенный зверь, ярче солнца прокатился по берегу, и деревья запылали в пожаре. Лесная ведьма следила за ним, управляла, чтобы жарче загорелся лес, чтобы дым и пепел закрыли источник от Хозяина.

— Остановись! – белая ведьма вылезла из теней, подкралась сзади. – Дара, остановись! Ты убьёшь их всех!

— Так лучше убить моего ребёнка? Лучше убить меня?!

— Если ты не отдашь дитя, погибнет источник, – по земле поползла Катша, против ветра и огня. – Все духи погибнут! Весь лес. Морана…

Лес завыл от боли. Воды в озере вспенились, забурлили. Ручьи, что текли от него, загорелись ярко. Золото убывало. Нет! Нет! Оно было ей нужно!

Дара кинулась к берегу. Она не помнила, зачем желала заполучить то золото, но знала, что должна.

Она должна убить Хозяина. Для своей хозяйки. Для той, что ждала на границе леса.

Дара вбежала в воду, отпустила пламя на волю, случайно выпустила нити чужих жизней. Лесной пожар уже стремительно разгорался и без её помощи.

— Если Морана обретёт силу, люди погибнут. Подумай о них!

Катша стояла на берегу. Белая, как снег. Чужая здесь. Она разулась, ступила босыми ногами на ледяную землю, вошла в воду вслед за Дарой.

— Подумай о невинных людях, – взмолилась она. – Пожалей их.

Дара молчала.

— Пожалей нас всех, – в отчаянии воскликнула Катша.

— А почему никто не пожалеет меня?!

Слёзы вырвались с криком, с рёвом, с болью и кровью. Вода из озера хлынула на берег. Катша вскинула руки для заклятия и пропала под волной. Озеро поглотило её, забурлило гневно. Сила убегала, утекала. Если сейчас не успеть, лес потеряет всё. Ничего не останется для пряхи.

Дара обернулась к лешему. Не бог, не дух. Лишь тень. Он ей не страшен. Это он от неё зависит, от её жертвы. Она ударила огнём и ветром, водой и землёй. Деревья перед ней повалило, пожар потух там, где сломались сосны. Духи метнулись в разные стороны, прочь, прочь. Но Хозяин даже не пошатнулся.

Не бог, не дух. Он не мог ничего ей сделать, не мог остановить. Её жизнь, её дитя – последняя надежда для всего Великого леса. И поэтому он беззащитен перед Дарой.

В жилах кровь закипала вместе с водой. Озеро забурлило, покидая берега. По самому дну, по песку и тине и камням теперь шла Дара. К лесу, к его Хозяину. И сила её была велика, как никогда прежде, Дара пила её прямо из умирающего озера и не могла напиться. Золотом пылали глаза, и от золота этого горели перья на коже, золой осыпались следом за ней.