Книга Хроники Тириса. Книга 4, страница 70 – Василий Маханенко

Я покрутил головой из стороны в сторону. Нигде ничего не мешалось. Шлем сидел так, словно был продолжением меня. Лицевая область оставалась открыта, но стоило подумать о том, чтобы шлем обрёл свою цельную форму, как появилось нечто, похожее на стекло. Или энергетическое поле. Или ещё на что-то, что я просто не понимал, как назвать. Это определённо был визор, похожий по своему функционалу на визор «Призрака», только он совершенно не мешал обзору. Необычное ощущение.

— Выглядишь, словно грувака тебе голову откусил и нацепил сверху металлическую болванку, — заявила Зорина. — Ты там как, живой вообще?

— Пока жив, — ответил я, поднимая с пола нагрудник. — Кажется, с этой бронёй не всё так просто, как казалось с первого взгляда.

Нагрудник упирался какое-то время, но всё же поддался, превратившись во вторую кожу. Послышался щелчок — нагрудник объединился со шлемом в единое целое. При этом дискомфорта всё ещё не было — подвижность не изменилась ни на миллиметр. Дальше пошли рукава и штаны. Все части брони растягивались, расползаясь по телу и плотно меня обхватывая, словно вторая кожа. Прошло несколько минут, и я стоял в полном комплекте.

Поначалу ничего не происходило. Я стоял, прислушиваясь к ощущениям и не понимал, из-за чего Эхо и Ласк так возбудились. Просто оболочка, которую практически не чувствуешь. Когда ты надеваешь тот же «Призрак», сразу становится понятно, что ты в броне. Она поддерживает, защищает, формирует некую монолитность. Здесь же… Даже описать свои ощущения тяжело. Просто вторая кожа. Что по размеру, что по функционалу. Пожалуй, в этом комплекте я бы с лёгкостью пролез в мешанине труб и кабелей лаборатории Киронов.

— И? — послышался вопрос Вальтера. — Оно того стоило?

Ответом стала лёгкая пульсация брони. Слабая, словно меня кто-то аккуратно простукивал по всему контуру. Через пару секунд ощущение усилилось, а потом на броне начали загораться голубые полосы. Сначала одна, побежавшая от шлема к груди. Потом другая, идущая в обратную сторону. Потом сразу четыре по бокам. Полосы перетекали по поверхности брони как маленькие живые струйки, сходились и расходились, формируя замысловатый танец. Вскоре вся поверхность брони оказалась покрыта пульсирующей сетью, причём свет шёл не только голубой. Мелькало что-то зелёное, оранжевое, и даже такие оттенки, которых я раньше никогда не видел.

— Красиво, — произнесла Зорина. — Ксорх, ты сейчас на грувакскую гирлянду похож. Такую же большую и бесполезную. Это всё, на что способна боевая броня предтеч? Сверкать и внушать противникам страх своей иллюминацией?

«Много она понимает!», — послышались недовольные мысли Эхо. — «Это первый запуск! Так и было задумано. Наверно. Не дёргайся, сейчас будет сканирование твоего тела. Броня будет подстраиваться под твои параметры».

Я застыл, прислушиваясь к необычным ощущениям. Пульсация усилилась, потом по всему телу разлилось тепло, словно меня окунули в ванну с тёплой водой. Потом резко поплохело — возникло ощущение, что внутренности решили выйти наружу и тоже посмотреть на световое шоу, но потом резко всё прекратилось. Полосы погасли, а броня приобрела тёмно-серый цвет.

«Вот и всё, броня адаптировалась», — сообщил Эхо. — «Теперь никто, кроме тебя, её надеть не сможет. На броне появилась привязка».