Книга Хроники Тириса. Книга 1, страница 8 – Василий Маханенко

Я включил фонарь на запястье и луч прорезал темноту. Внутренности ксорхианского корабля не походили ни на что человеческое. Стены не были стенами — они напоминали слоёный панцирь, внутри которого что-то органическое давно срослось с металлом. Гладкие участки перемежались с наростами, похожими на застывшие вены. Где-то ткань растрескалась и обнажала слои, будто порванные мышцы. Я ждал движения. Ждал, что хотя бы одна из этих мышц дрогнет. Но ничего.

Магниты зацепили поверхность, позволив перенести вес и заглянуть глубже. Запаха не было — вакуум не пропускал его, но я всё равно чувствовал, каким он должен быть. Сухим. Пыльным. Сладковатым, как у старого трупа.

Решившись, я сделал несколько шагов внутрь. Магниты ботинок глухо щёлкали, будто я шёл по металлу, хотя стены выглядели органическими. Луч фонаря дрожал вместе с моей рукой, выхватывая то гладкие плиты, то похожие на застывшие жилы наросты. Всё было чужим и мёртвым.

Вдруг слева блеснуло. Я повернул запястье с фонарём, освещая новый участок. В стене шла трещина, узкая, но глубокая. Корпус повело от удара, и металл с органикой разошлись, открывая внутреннюю полость. Я наклонился ближе и свет фонаря скользнул внутрь, освещая небольшое помещение.

Там клубился белый туман. Он медленно переливался, словно дышал. Я застыл. Вакуум не позволял существовать подобному. Это не мог быть газ. Не могло быть ничего.

А потом туман дрогнул.

Он двинулся в мою сторону, будто почувствовал свет. Я машинально отступил, поднял руку, но было поздно. Туман вышел из трещины и скользнул прямо на меня. Он не встретил преграды. Прошёл стекло шлема и корпус костюма, будто их вовсе не существовало.

Холод ударил в грудь. Я ахнул и зацепился перчаткой за край стены, пытаясь удержаться. Туман уже был внутри. Я чувствовал, как он вливается в меня — лёгкий, скользкий, чужой. Он не жёг, не душил. Просто входил и занимал пустоты.

Последнее, что я успел заметить, — свет фонаря дёрнулся и выхватил пустой проход впереди. И эту тишину. Слишком мёртвую, чтобы быть настоящей.

А потом всё захлестнуло белым.

— Анализ завершён. Совпадение структуры — восемьдесят два процента. Совместимость допустима.

Голос прозвучал в моей голове. Не по каналу, не через динамики. Внутри меня.

Я моргнул, прогоняя остатки света. Белого тумана не было. Яркого света — тоже. Только мёртвый корабль, тусклый луч фонаря и тишина.

Зелёные надписи визора привлекли внимание. Запасы воздуха — ещё на десять часов работы, энергии — на двадцать. Фильтры в штатном состоянии, повреждений костюма не обнаружено. Значит, жив?

— Давление крови стабилизировано. Нейронная активность выше нормы. Синхронизация завершена.

Я замер. Это было похоже на отчёт костюма, если бы мой костюм умел говорить. Но таких продвинутых моделей в наше захолустье не завозили. Да даже если бы завозили, тратить на него свои накопления я не мог.

— Так, очень похоже на бред кислородного голодания, — пробормотал я для собственного успокоения. Когда проблема понятна и озвучена, она перестаёт быть проблемой. Она превращается в последовательность шагов для устранения. — Походу, фильтры шалят. Надо вернуться к «Ветру».

— Отрицательно. Уровень кислорода в норме. Отклонений в ментальном состоянии не выявлено.