Онлайн книга «КОМСОМОЛ-4»
|
— Только без шума. Хотару слегка проявилась, деловито натягивая краги, усмехнулась: — Всё будет в лучшем виде! Пожалуйте, ваше сиятельство! — и подхватила меня под мышки. К окну второго этажа мы взмыли без проблем. Единственное — оно оказалось плотно занавешено тюлем. — Секунду, сейчас отодвину! — прошипела мне в ухо Хотару. — На карниз тебя поставлю, не сорвёшься? Я мотнул головой, мол, не сорвусь и поднял большой палец, типа — ставь. Карнизы тут довольно широкие, мне даже на полступни, да ещё за подоконник ухвачусь — нормально. Хотару скользнула вбок за тяжёлой портьерой, а я получил пару мгновений, чтобы оценить происходящее в комнате. Здесь, очевидно, хотели изобразить «дорого и богато», потому что иначе зачем столь помпезный стол для одного человека? Одной. Очевидно, что во главе стола, спиной ко мне, сидела та самая вдовствующая леди Грэм. К завтраку она вырядилась в тяжёлый бархат и меха. Неудивительно, что окно открыли — очевидно, хозяйке было жарко. А вот девчонкам-горничным, которых прислуживало аж три, явно было холодно. Тем более, все они были стрижены коротко, под мальчишек. Носы и пальцы у них покраснели, что не осталось незамеченным леди Элеонорой, которая тут же начала читать девчонкам мораль о пользе закаливания, которым пренебрегают низшие народы. Слушать это было отвратно, и я страшно обрадовался, когда Хотару беззвучно откинула тюль. И даже не стал ждать, пока она меня снова подопнёт — чего тут менжеваться-то? Высота игрушечная. Сам ногу на подоконник закинул… Вот тут-то меня и увидела Вильгельмина, подававшая к столу кофе. Аккурат в сияющем боку этого кофейника, сработавшего как зеркало, и увидела. И я её огромные голубые глаза враз узнал. Серебряный поднос упал у Вилли из рук, кофе выплеснулось фонтаном. — Ах ты, дрянь! — завизжала, вскакивая, ледь Элеонора. — Получишь розог!!! — и замахнулась — и завыла, застыв с поднятой ладонью, из которой четырьмя ручейками заструилась кровь. — Кажется, это твой муж умер, радостно улыбаясь? — прошипела Хотару. — А знаешь, у меня есть ещё скрепки и резинки! Но всё это шло по краю моего сознания. Не помню, как я перелетел через подоконник и бросился к Вильгельмине: — Вилли! Ты жива! — Аркаша! — она кинулась ко мне и обняла изо всех сил. — Вы пришли за нами! — Да, мы пришли. — Я погладил её по мягкому ёжику волос, и Вильгельмина наконец заплакала, пряча лицо: — Я теперь как ты, Аркаша. По-военному стрижена. — Зачем это? Вы чем-то болели? — Нет. Эта грымза сказала, что служанкам не положено… А ведь у Вильгельмины были прекрасные золотые косы. На прошлый новый год она была в костюме феи, и распущенные вьющиеся локоны падали почти до колен… Леди Элеонора хрипела. — Хотару, не убивай пока эту тварь. — Я всего лишь держу её, ваше сиятельство, — ровным голосом ответила кицунэ. Я обернулся. Глаза леди Элеоноры, казалось, сейчас выпадут из орбит. А на шее виднелось ещё несколько отметин от лисьих когтей, и из них текли тоненькие кровавые ручейки. — А где папа? — спросила Вильгельмина. — И дядя Илья? Сказать ей, что их рядом нет? Так испугается и запаникует. — Они прикрывают наш отход. — Ну, где-то там же прикрывают, да? — Но будь уверена, мы выведем всех! — И девочек⁉ — Она смотрела на меня своими огромными голубыми глазищами. — Магда и Эмили сегодня помогают в кухне! |