Книга КОМСОМОЛ-3, страница 49 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Мы привезли немного еды.

— Это очень кстати! Некоторые не ели уже по два-три дня.

— Тогда много сразу нельзя! — на правах медички вмешалась Агнесса. — Здесь есть что-то вроде столовой?

— Вот она, прямо напротив. Там открыто, мы грели воду, чтоб у людей был хотя бы кипяток.

— Помогите лучше выгрузить продукты. И нужно организовать очередь. Вряд ли здесь много посуды.

— Вы правы. Количество мисок и приборов, действительно, рассчитано только на рабочую бригаду.

— Я могу посмотреть? — она оглянулась на меня, словно спрашивая разрешения.

— Да, герр Аккерман, возьмите на себя организацию кормёжки, — для большей увесистости своих слов я снял из кузова и вручил ему ящик тушёнки.

— Конечно, герр ландграф! Идёмте, фрау…

— Агнесса! — чинно кивнула она.

— Тобиас, Отто, присмотрите здесь за порядком, — велел я. — Коля, остаёшься с ними связным. А я пойду Бауэра найду.

— А я, если вы не возражаете, герр ландграф, осмотрю состояние этих страдальцев, — мягко, но решительно заявил отец Бенедикт.

— Хорошо.

В конце концов, для этого он сюда и приехал.

СКАНДАЛИСТЫ

Пройдя чуть в направлении, заданном рельсами, я понял, что уже не ошибусь. Бауэра легко можно было бы найти и безо всяких рельс. По крикам.

В этот раз с ним была все остальные члены его боевой группы, и это меня радовало.

А вот не радовало то, что, похоже, во временном лагере беженцев назревал раскол, который Бауэр безуспешно пытался нейтрализовать. Он стоял в группе спасённых и громко вещал:

— С чего вы решили, что вас обманут? Граф Коршунов обещал мне помочь с вашим освобождением, и он выполнил своё слово. Он обещал привести военную помощь и глядите у нас есть шагоход и броневик! Вы подумайте! Ещё вчера вы сидели на моём складе и мёрзли без еды и обогрева.

— Еды и сейчас нет! — заорали из напирающей на толпы.

— Дети и самые слабые накормлены! — отрезал Бауэр.

Вообще красавчик!

— А тебе, Шмидт, должно быть очень стыдно! — повысил голос тот рослый из повстанцев Бауэра, который всё меня подозревал. — Есть он хочет! Ты ни одного бревна не поднял, не перенёс! Ты даже воду не помог из колодца достать! Думаешь, я не видел? Я всё замечаю! И делаю выводы, будь уверен! Места на дирижабле нужно ещё заслужить!

— Если он будет, дирижабль твой! С чего бы русским посылать его, сюда, в тыл? Нас спасать? Не смеши!

— Смотрю я на тебя, Шмидт, и удивляюсь, — вступил в разговор седой. — Всё тебе не так, всё тебе не то… А ты сам-то что сделал для собственного спасения? Да ладно бы для своего, а кто твоих родных спас? Ты? Нет!

— Моих родных спасли сумасшедшие италийцы! — выкрикнул невысокий крепыш. Видимо, тот самый Шмидт.

— А ты не подумал, кто же их свёл с ума? — сердито, как уставший учитель бестолковому ученику, возразил Бауэр.

— Ну те ты, точно!

— Именно. Не я. А граф Аркадий! И, к сведению всех тут собравшихся недовольных, он не свёл их с ума. Он их убил! А потом поднял в виде умертвий!

Толпа отшатнулась.

— Так он — некромант?

— Именно, — подтвердил я, вступая в круг одинокого фонаря, под которым шла перебранка. — Я, господа, некромант. И я недоволен этим сборищем! И вашими сомнениями! Я сказал, что дирижабль будет! Значит — он будет! Далее. Рихард, я привёз немного еды, броневик стоит у столовой.

— Ещё броневик? — удивился рослый.