Книга Хроники Тириса. Книга 5, страница 113 – Василий Маханенко

Точно, перезагрузка! Взрывом сметёт пауков с корпуса и «Призраки» вновь начнут перезагружаться, чтобы восстановиться. Значит, через тридцать секунд после взрыва группа «Зет» будет в боевом строю. Если выживет, конечно. Потому что просидеть тридцать секунд в нагретой броне — то ещё удовольствие.

Ладно, будем считать, что в «Зет» парни крепкие и умеют терпеть. Потому что другого способа вытащить их из этой грувакской задницы я не вижу. Второй раз провернуть тот же фокус с вратами предтеч мне не позволят. Ксорхи слишком быстро обучаются. А ещё у них появились марионетки. Их тоже нужно учитывать.

Наконец, я подлетел к внутреннему куполу. Ксорхов здесь практически не было. Все они искали меня там, на внешнем периметре. Видимо, твари решили, что беглец побежит от Ретранслятора, но никак не к нему. Приятно иметь дело с разумным и предсказуемым противником.

Защита Ретранслятора впечатляла. Издали купол казался мерцающей плёнкой над курганом, такой мыльной полусферой с энергетическими всполохами. Вблизи выяснилось, что эта плёнка была толщиной в десяток метров и состояла из чистой энергии, гудящей, как трансформаторы на «Груваке». В затылке тут же начало давить. Когда до купола осталось метров тридцать, виски словно тисками сжало. В ушах поднялся звон, а картинка перед глазами поплыла. Организм, который спокойно переносил перегрузки, ноль-пространство и прочие радости моей насыщенной жизни, сдавал прямо на глазах.

«Стоп!»— забеспокоился Эхо. — «Дальше нельзя!».

Как будто я сам не понял, что дальше двигаться живое существо не может. Вот она, защита, о которой говорил командор. Старому Ретранслятору не нужна армия. Он сам является армией и в состоянии о себе позаботиться.

Отлетев назад метров на сто, я с облегчением выдохнул. Тиски в висках нехотя разжались, дурнота отступила, а звон в ушах стих до приемлемых значений.

«Это энергетическое поле Ретранслятора», — пояснил Эхо. — «Оно подавляет всё, что не относится к падальщикам. Причём не имеет значения, что конкретно ему подавлять — предтеч, людей, животных. Любое биологическое существо, не имеющее отношения к падальщикам, будет уничтожено.»

«Значит, взрыв он тоже подавит?», — спросил я.

«Теперь я точно знаю, что взрывная волна дальше купола не пройдёт», — выводы Эхо были неприятными. — «Ретранслятор защищён по высшему разряду и у нас нет ничего, чем мы можем его потревожить. Не падальщиками же в него швыряться?»

«Что ты сказал?», — спросил я, зацепившись за какую-то мысль. — «Швыряться падальщиками?»

Мои мысли были для Эхо открытой книгой. Он сумел вычленить главное и буквально через несколько мгновений построить на их основе новый план.

«Слушай, а это хороший вариант», — заявил он. — «Должно сработать. Можешь взлететь? Здесь кораблей не так много, а мне нужно оценить окружающее пространство, чтобы точно понимать, что делать дальше».

Сказано — сделано! Я взлетел, всё ещё держа в руках три «Молнии». Эхо просканировал равнину и тут же скорректировал точку установки взрывчатки. Значительно левее от исходной. Объяснения не заставили себя ждать:

«Драксы, находящиеся справа, не пострадают», — заявил Эхо. — «Ты уверен, что хочешь так рисковать?»

«У тебя есть идея лучше?», — вопросом на вопрос ответил я. Что было забавно. Эхо — часть моего сознания. Получалось, что прямо сейчас я спорил сам с собой. Любой психиатр с удовольствием бы руки потёр, заполучив меня в качестве пациента. Это же целую научную статью можно написать! Каэль Вераский и споры со своими глюками!