Книга На пути к инициации, страница 172 – Алексей Урусов

Закончив завтрак, под неспешный разговор мы направились к собору — отцу Игнатию нужно готовиться к службе, а мне — помолиться о сохранении мира между баронскими родами.

* «Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими». (Евангелие от Матфея. 5, 9).

Владимир. Особняк графской семьи Литвиновых.

— Проходи, проходи, я не занят, просто бумаги разгребаю, — Герман Леонардович Литвинов оторвал глаза от документов и приветливо кивнул сыну. — Как отдыхается? Не покачивает на твёрдой земле после палубы?

— Ну, два дня досыпал, что в мореходке не хватало. Дальше уже нормально, в обычном ритме. С друзьями встретился, на озеро съездили.

— Ты хотел что-то? Или просто зашёл поздороваться?

Немного поколебавшись, Константин спросил отца: — Я документы и записи рода просматриваю за последнее время; оказалось, ты Андрею Первозванову помог помирить Протасовых и Саворнянов? Первозванов же наш враг?

— Враг моего врага — мой друг. И не совсем помог. Думаю, они бы и без нашей помощи до этих данных докопались, но не так быстро. Так что я для них только ускорил работу, переместив материалы в сети из архивов на видное место. А вот то, что они правильные выводы сделают так быстро, не думал. Там, у Первозванова, вообще команда неплохая подобралась, поступает мне информация от одного человечка.

— А нам какой от этого интерес? — задал вопрос сын.

— Примирение родов нанесло удар, сильный причём, по графу Самойлову. Ты архивы аналитиков нашего рода читал? Они там однозначный вывод сделали, что организатор давнего конфликта Протасовых и Саворнянов — именно Самойлов, точнее — отец нынешнего графа, тогда ещё глава баронского рода. И главный выгодоприобретатель за эти четыре десятилетия их вражды — тоже их род.

Герман Леонардович пару раз кивнул головой: — Помню, помню твой замысел породниться с Самойловыми. Но он нереален. Он вон дочку за одного из московских княжичей не отдал — типа, кроме титула за душой ничего нет. В Москве таких, кстати, немало: пыжатся, а позволить себе могут только понты — в реальности ни недвижимости, ни состояния не имеют. Да и с мозгами зачастую проблемы, зато гонора — горы. А Самойлов подбирает, чтобы жених был не только с титулом, но и финансово состоятелен. Он-то в приданое дочери один из банков отдаёт, да и земель с предприятиями немало.

Граф Литвинов положил бумаги на стол, решительно отодвинул папки в сторону и продолжил: — Так-то, что Перловы, что Первозванов, нашему роду не враги на самом деле. Конфликт был, он улажен. Потери для нашего рода не сказать, что существенные. Я Первозванова, как и ты, ненавижу — влез безродыш в дела аристократии. Но его я просто ненавижу, а Самойлова — боюсь. Кем Самойловы были полвека назад? Обычным баронским родом, причём из мелких. У нас, когда такие бароны собираются в дворянском собрании, кресел на всех не хватает, стулья в проходах ставят. А мы уже в те времена графами были. Но в чём поднаторели Самойловы, так это в интригах. Есть у них такой талант, я бы даже сказал — талантище. Интриганы они умелые и грамотно обставляются, чтобы их уши не торчали за тёмными делишками: организовали несколько конфликтов между родами и подогревают их, а сами с этого кормятся — скупая собственность враждующих родов и деньги в кредит давая. Ситуацией пользуются мастерски. В результате сейчас граф Самойлов — второй человек в губернии по влиянию после губернатора Волхонского, а по богатству — наверняка Григория Семёновича превосходит. И если задумает граф Самойлов пустить нас по ветру, то мы можем и не заметить, как окажемся втянуты в серьёзное противостояние с каким-нибудь графским родом, или не дай Бог, с Волхонскими. Так что, если Самойлов захочет мстить Перловым и Первозванову, а он, уверен, вычислит, кто помогал баронам примириться, и поквитаться с ними захочет — мы негласно, осторожно, но по мере сил будем Перловым помогать. Чтобы Самойлова немного измотать и просто чтобы не стать следующими.