Книга Дипломатическая академия, страница 97 – Алексей Урусов

Выдохнув и немного помолчав после нескольких минут непрерывного рассказа, подполковник Михайлов вновь взял указку и развернулся к экрану: — Вторая серия наших разработок называется УДОД и расшифровывается как «устройство дистанционного обнуления и дезинтеграции». Аббревиатура сложная, сразу поясняю принцип действия: при срабатывании заряда типа УДОД происходит высвобождение магической энергии, заключённой в нём и этим потоком полностью выбивается магическая сила из людей. Цифры в названии расшифровываются как диаметр поражающего воздействия гранат и мин. То есть, воздействие изделия УДОД на человека не является летальным — подвергшийся удару солдат или офицер утрачивает только магию, причём, не навсегда. Примерно через полторы-две недели магический уровень в организме начинает восстанавливаться и ещё примерно за две недели приходит в норму. Мои солдаты выдумали жаргонное слово «обнулятор», чтобы кратко охарактеризовать основной функционал разработки.

— В ходе обучения, — продолжил подполковник Михайлов, — вам предстоит освоить стрельбу УДОДами из гранатомётов и миномётов, ручное метание гранат, а также управление беспилотниками и точный сброс с них магических устройств. Отдельно хочу обратить внимание на крайне важную особенность вашей военной работы — обязательную эвакуацию с поля боя магических устройств после их применения. Для этого каждая группа будет проводить специальные тренировки: чем дольше врагу не будет известно о наших современных разработках, тем больше собственных жизней мы сбережём.

Москва. Спортивно-развлекательный комплекс «Галактика».

Прибываю в «Галактику» за час до официального начала праздника. Ещё раз в сопровождении Рябова и Арапова прохожу по «дорожке» от входа до банкетного зала. Всё, вроде, готово. Хочется, чтобы обошлось без серьёзных накладок. Гостей ожидается много, и большинство княжеских фамилий будут представлены главами родов; думаю, что это реакция на проблемы, возникшие у меня с князьями Юрьевскими и Радзивиллами: таким образом демонстрируется, что моя судьба для них не безразлична и даётся намёк на поддержку, которую я могу получить от них в случае возникновения конфликтов.

За полчаса до начала появляются «группы поддержки» — первыми подъехали друзья-студенты из академии. Яков Куракин, поздоровавшись, сразу заявляет: — Мы преподавателей разберём, которые изволят посетить торжество и отведём их в зал. Развлечём, конечно, по дороге. Дядю, который ректор, я на себя беру.

У меня с души падает кирпичик: — Спасибо, реально не знал, как разрулить, если много гостей по времени совпадёт.

Ещё одна группа — Перловы, нагрянули всем семейством во главе с дедом Евгением Ивановичем. Он стискивает меня в объятиях, похлопывает: — Вырос-то как! Мы у входа встанем, как и твоя молодёжная поддержка. Будешь нам гостей сдавать, а дальше уже наше дело.

Благодарно киваю. Через пять минут «конвейер» заработал, и я на недолго превратился в аппарат для рукопожатий и поцелуев: Плетневы, Протасовы, Гефты, Аланкины, Саворняны. Все семьями, поэтому произношу две-три фразы и, услышав, как подъезжает следующая машина, вынужден покидать гостей и встречать следующих.

Появляется длинная колонна из чёрных «Волг». Автомобили останавливаются, скопом выходят князья — Окинов, Воронцов, Анохин, Волхонский. Какие молодцы — договорились и приехали все вместе; чуть поодаль держатся их семьи: жёны, дети, внуки. Раскланиваюсь, пожимаю руки, благодарю, вместе с ними иду к входу. Незаметно приблизившийся, одетый по гражданке, лейтенант из кремлёвской охраны, шепчет: — Цесаревич подъедет через пять минут. Можете объявить гостям.