Книга Танат 3, страница 59 – Виктор Айрон

Будем и над этим работать.

— Народ, разы, муты, кто-то там ещё, а давайте наконец вернёмся к нашим грустным делам. Танат гибнет, его приговорили собственные создатели, но то, что от них осталось, нам и поможет.

Говорю громко, чётко выделяю интонацией слова. Параллельно с этим запускаю руку в отурыввшейся на броне димортула паз и в кульминационный момент моей речи достаю тускло светящийся шарик — кертул Трагаса.

— Это то, что осталось от одного из местных Творцов. Называется сия штука кертул. По названию надеюсь понятно, чем она отличается от обычного камня души?

О как все замерли. Вот он пример настоящей немой сцены. Зря я что-ли рассматривал роль фитара как прикрытие в большом мире. Думаю, что слово theatre не просто так созвучно с местным обозначением бродячего артиста. Этим тут какое-то время подрабатывают новички, у кого мозги соображают. Всем интересно, а что за пределами Таната? Вот так, на фрагментах неясных воспоминаний, и рождаются местные пьесы с прочими постановками.

Когда я перехватил инициативу, то сперва поднял самый важный вопрос — доверие среди тех, кто всё время, проведённое в этом мире, был врагами или соперниками. Да, у нас у всех, кроме меня, есть секреты, обязательства перед членами групп и кланов. Даже ожидание грядущего конца света не гарантия сотрудничества. Вспомним прошлое моего родного мира. Как часто там было так, что те, кто сегодня дрался с тобой под одним знаменем бил в спину после победы? Увы, но не редко.

— Сок болтуна.

Услышав предложение Хауфи, Стрелок сделал вид, что его интересуют несуществующие пятна на леме. Тэй просто закашлялась и отвела взгляд.

— Сыворотка правды? Всегда мечтала. Только если кто-то брякнуть неприличный вопрос, то я ему кое-что откручу и у этой оболочкприменении, и у следующей.

Так-так, а вот тут интересно. Даже Дим напрягся. Если вкратце, то по запросу вестников тельмахи выдавали вещество, которое стимулировало работу центра речи, но ослабляло контроль. После его применения на пленном разе для отслеживания реакций применялась сенсорика димортуоа. То есть если кто-то имеет сильную волю, по изменениям показателям тела можно понять, а не врëт ли пленник. На самих вестников это вещество, естественно, не действовало. Дреги своих карателей допрашивали иначе.

Хаус достал из стоящей у стены сумки ульм с прозрачной жидкостью. Протягиваю руку, забираю биошприц и капаю на язык. Дим узнаёт ту самую сыворотку правды, а потом по-стариковски ворчит, что всё пропало. Раз специальный препарат доступен всем подряд. Я рассказываю всем уже вслух то, что мне рассказал Дим.

— Да оборотов семьдесят назад нашли в одном умирающем городе церебралы. — Стрелок тоже повертел в руках ульм и положил на стол. — Рецепт для Тельмана без описания. Помнится никто не хотел её пробовать. Испытали на пленнико. Вот он болтал без умолку. Теперь его применяют вместо пыток. Но, как ты и заметил, против разов с сильной волей он менее эффективен. Или в слабой дозировке.

— Но, как я и заметил, органы чувств моего доспеха считают всё. Дим, как оказалось, ещё тот мастер по применению этого зелья.

— Допустим, что мы каждый выпьем по трети ульма. — Тэй также подключилась к беседе. — Ты и твой приятель Дим нас прочитают, но что насчёт тебя. Лично я тебе доверяю, но остальные хотели бы понять, можно ли иметь с тобой дело. Даже после всего, что ты уже сделал и показал, Нико, нужно…