Книга Танат 5. Долг вестника, страница 83 – Виктор Айрон

Вот первый признак изменений. Незаметно стало безопаснее. Нет отдельные банды встречаются, но долго они не живут. Оболочки вестников с кертулами на основе моего разума работают без продыху. Жаль, что в центр их не взять. Разы вдруг за эти суточные циклы обнаружили, что у них появилось свободное время кроме времени на выпивку и другие немудрённые развлечения. Не надо выполнять задания по сбору биомассы или отстреливать мутов. Последние и вовсе стали союзниками, да и вообще местами оказались неплохими ребятами. Те же разы, но только без камней душ и без биоконнекторов вроде стандартных врала и чагсов. С талками даже подраться можно, любят эти горилло подобные боксеры кулаками помахать.

Так что разы решили найти себе новое развленчение и им неожиданно стал препарат, что разблокировал память. Танат изучил кровь панциря Даргула и слегка поправил формулу. Сделал её более стабильной и нацеленной на результат. По сути своей блокада — группа генетических ингибиторов, что внедрена в материал эотула. Потому при смене тела она и сохранялась. Правда за её первичное создание отвечала оболочка раза. Она отслеживала реакции в мозгу и подбирала набор веществ, которые вырабатывались железами в мозгу и внедрялись в камень души. Препарат в димортуле как раз и разрушал их. Потому вестники и стали неудобны. Живое оружие обретало волю, а неудавшиеся каратели жаждали отомстить своим пленителям.

Короче говоря, формула Таната работала мягко и быстро. Разы менее чем за цикл после приёма препарата снимали блокировку. Они вспоминали, кем были раньше, что потеряли. Вскоре они получат предложение от меня, Даргула и Таната. То которое мы озвучили в баре Коула и которое шокировало лидеров кланов.

И меня не покидала мысль, что этот изъян с димортулами не случаен. Вот зуб даю, что Трагас был не единственным дрегом, который понял, что его обманывают. Только они не дошли до состояния «вырежу свою поганую расу к мобовой бабушке». Ведь не в одночасье же их отравили идеологией Теней.Не сразу они превратились из гордых творцов паразитов.

— Почти приехали.

Вэс указала рукой вперед. Там виднелся естественный каменны мостик через пропасть.

— Дальше будет дорога к вратам Башни Смерти. Но нам дальше нельзя. Это приказ.

— Понимаю, — соглашаюсь я с девушкой. — Дальше мы пойдем одни.

— Ездунов мы вам оставим.

— Нет. Там был обвал. Они там не пройдут. Там недалеко и ногами дойти получится быстрее.

— Как скажешь, Нико.

Вэс с Ишарой вдруг стали грустными и смотрели перед собой.

— Мне не хочется прощаться, вестник Нико, — нарушила молчание Ишара. — Удачи не желаю, хотя в Танате сейчас многое меняется. Потому дерись так, как ты умеешь.

— Мне нечего добавить. — Вэс выглядит сильно уставшей.‒ Просто дерись, Нико. Ты это умеешь. Как ты тогда сказал? Я дерусь…

— Я дерусь потому, что дерусь, — подсказываю девушке.

— Да. Именно так. И потом ты сразу нашинковал эту шайку.

— Тогда делай, что должен. И может мы встретимся вновь.

Это уже Ишара с улыбкой добавила. Чёрт, неужели она меня втюрилась? Я же похож на спракса, только высокий и вежливый. Неужели ей так понравился мой пресловутый внутренний мир? Похоже на то.

— Звучит куда лучше, чем прощай. Да будет так! — подвожу я итог беседы.

Пото спрыгиваю с ездового кильма иду к каменной арке, что соединяет разные стороны Танаты. Пропасть становится моим Рубиконом. Как сказал один известный римлянин, переходя одноименную реку и сделав её имя нарицательным, жребий брошен. Да и поступаю я со своими врагами так, как Цезарь приказал поступать с солдатами Помпея. То есть бью по морде без лишних сантиментов.