Книга Ствол и артефакт, страница 114 – Андрей Левицкий

— Так, теперь слушайте, – велел Злой, глуша мотор. Когда все остановились и повернулись к нам, он выпрямился в кузове. – Излагаю план. К складу поднимемся по этому козырьку. Вверху он метра три шириной, но у земли у´же: лошади там пройдут, а повозки не проедут. Их внизу оставляем…

— Безумный тоже не проедет, – вставил Пригоршня.

— Не перебивая, малый! – Но все же Злой внял реплике и с сомнением поглядел на пегого. – Да, этот не проедет, упадет в обморок. Тогда его тоже оставляем, рядом с озером. С нашей стороны на берегу кусты растут, неподалеку от того места, где козырек к земле подходит, вот там и спрячем. Повозку рядом поставим, берем факелы и наверх…

— Охранник там должен остаться, – сказал я.

— Да не перебивайте меня! О чем я? Да! Охранника надо оставить, потому что ежели кабаны или псы… Так, кто внизу стеречь будет?

Все почему‐то сразу посмотрели на Уильяма. Я решил, что он начнет протестовать, но когда Злой приказал: «Ты будешь», – лишь кивнул в ответ, видно, не забыл еще солдатскую дисциплину.

— Значит, пацан дежурит, а мы наверх. Лошадей за собой ведем. Малый, – обратился Злой к моему напарнику, – ты впереди, вместе со Шрамом. Потом…

— А чего не я впереди? – встрял Смола. – Я… у меня ж пулемет… Да я, сто процентов…

— Цыц! – рявкнул Злой, начиная багроветь, и чернокожий смолк. – Я сказал: впереди Пригоршня и Шрам. Что не ясно?

Смола опустил голову, потупив глаза.

— Вот так вот. Значит, ты, Смола, – за ними, вместе с Патриотом. И вы всех трех лошадей ведете, чтоб у Шрама руки свободны были. И потому тебе лучше пулемет Пригоршне отдать, он и здоровее будет… – Тут Смола возмущенно вскинул голову. – Вижу по роже, что не отдашь. Ладно, тогда и пулемет понесешь, и коня будешь вести. А Патриот – двух коней. С этим ясно? Хорошо, значит, мы с Химиком – последние, прикрываем и вниз глядим. Уильям, ты на телеге не сидишь и ворон не считаешь, а стоишь во весь рост с автоматом в руках, смотришь над кустами, чтоб кабаны не выскочили. А я и Химик сверху тоже на озеро поглядываем, на берега, и ежели увидим то, что ты увидеть еще не успел, свистим тебе сверху или кричим. Ясно, нет?

Блейк вместо ответа отдал честь. Злой довольно кивнул, и тогда я сказал:

— С этим понятно, а наверху что?

Сталкер протянул руку, Патриот вложил в нее бинокль, и Злой стал разглядывать верхнюю часть козырька.

— Эх… – сказал он, опуская бинокль. – Не тот я уже, что раньше, память хреновая стала. Мы, Химик, там не вчера были, и не месяц назад, и только один раз, потому я плохо помню, как там внутри. Склад – в скале за будкой, это точно. От нее ход в гору ведет, немного под углом вниз, это тоже точно.

— То есть там вроде пещеры что‐то? – уточнил я.

— Пещера не пещера, а ходы такие… Ну да, типа того, только это искусственная пещера, понимаешь?

— Пробили, что ли, взрывами?

— Да, наверное. Внутри не заблудимся, там все просто. Значит, дальше выходит так: когда до будки добираемся, оставляем коней снаружи. С ними Патриот на стреме стоит. Патриот, понял?

— Добрэ, – ответил тот.

— Стоишь, ствол направив внутрь, в дверь будки, и глядишь, чтоб ничего не появилось оттуда. Стреляешь по всему, что шевелится… Кроме нас, конечно.

— Зрозумив.

— А на козырьке монстр этот твой находиться не может, снаружи? – спросил я.