Книга Подкидыши Улья, страница 22 – Дмитрий Крам

Сейчас на этот звук сбегутся твари со всей округи. Все это произошло в считанных пятидесяти метрах от места, где укрывалась группа, и Седой в подробностях разглядел, как по асфальту размазало парочку зараженных.

— А рубер выжил? — на бегу поинтересовался Седой.

— А чего ему будет, живучие они уроды. — ответил Крестный.

Они уже бежали между рядами аттракционов, когда увидели впереди небольшую стаю зараженных, двигавшихся на звук упавшего вертолета. Крестный дал сигнал спрятаться и запрыгнул в декорированную под бревенчатую избушку будку с надписью «Касса».

Тафгай схватил Нику и затащил ее на платформу аттракциона под названием «Водоворот». Он представлял из себя 5 декорированных в форме морских раковин двухместных кабинок, что крутились по кругу и вокруг своей оси одновременно. Тафгай легко, словно шторки, загнул стальные листы, закупорив раковину.

Седому ничего не оставалось делать, как сбросить рюкзак и лезть в бассейн с прозрачными воздушными шарами, в которые обычно залазили дети и катались в них по воде. Он чуть не вскрикнул, когда сразу всем телом залез в ледяную воду. Он погрузился по самый нос и прижался как можно ближе к борту так, чтоб оказаться в мертвой зоне для пробегающих зараженных.

Седой не видел всего происходящего, но зато слышал топот как минимум десятка пар ног и чей-то непонятный цокот. «Что, копытный скот тоже перерождается? Да не, бред какой-то» — подумал Седой. Ведь он точно помнил из брошюры, что травоядные животные не перерождаются. А из копытных всеядных остаются только свиньи, но они так не цокают, тут что-то другое.

Он уже начал стучать зубами от холода, когда услышал легкий скрежет метала, это Тафгай разгибал листы раковины. Седой рискнул выглянуть и увидел, что Крестный уже протягивает ему руку. Он помог ему выбраться и сразу же вручил фляжку с живцом. Седой сделал несколько больших глотков и с наслаждением почувствовал, как приятное тепло расходится по телу. Он даже не обратил внимания на вкус напитка.

Седой взял Нику за руку и благодарственно кивнул Тафгаю, тот лишь отмахнулся, мол, какие тут могут быть благодарности.

— Норма? — шепотом спросил он девушку.

— Да. Только очень страшно было, все время казалось, что тот рубер вскроет укрытие как вертолетную дверь.

Седой едва успел слить воду с берцев и накинуть рюкзак, как где-то вверху раздался выстрел, а от асфальта на расстоянии ладони от Крестного срикошетила пуля.

Седой с Никой нырнул за холодильник с мороженным, накрыв собой тело девушки. А Тафгай с Крестным за ту же кассу. Прозвучало еще два выстрела, один из которых разбил стекло холодильника, отчего Ника пронзительно взвизгнула.

Вдали раздалось урчание нескольких глоток.

— Вот сука! — выругался Тафгай.

— Он на колесе обозрения засел. — сказал Седой.

Крестный тем временем переснарядил в дробовике картечь на пулю. Высота колеса метров 35, неизвестный противник не в самой верхней кабинке, до него отсюда метров 40 будет, вполне рабочая дистанция для такого стрелка как он.

— Я его на себя отвлеку. Выстрелим вдвоем, чтоб наверняка. — Тафгай согласно кивнул и вынул из набедренной кобуры АПС.

Крестный высунулся с правой стороны кабинки, и тут же раздался выстрел. Пуля прошла сквозь рейдера и бессильно стукнулась об асфальт. Тут же почти дублетом раздались выстрелы Тафгая и Крестного. Фигурка неизвестного стрелка завалилась внутрь кабины, а винтовка выпала из рук и несколько раз стукнувшись об перекладины рухнула на землю, выстрелив от удара.