Книга Подкидыши Улья, страница 12 – Дмитрий Крам

Всех выживших можно разделить на несколько основных категорий. Сектанты или килдинги — в большинстве своем поехавшие люди, поклоняются Стиксу или еще чему-либо, часто приносят человеческие жертвоприношения. Институтские — люди занимающиеся изучением Улья, иногда торгующие информацией или своими разработками. Внешники — люди попавшие в Улей по собственной инициативе, через порталы из своих реальностей. Они охотятся на иммунных и в буквальном смысле разбирают их на органы и вывозят обратно в свои миры. Муры — приспешники внешников, ловят для них иммунных. Есть еще атамиты — они вообще не рыба не мясо, облученные радиацией иммунные, что наполовину обратились в тварей, но сохранили человечность и подобие организованности. Рейдеры — это все те, кто ищут что-либо за пределами стабов. Они тоже в свою очередь делятся на сталкеров, специализирующихся на хабаре, трейсеров, их профиль охота на монстров, и стронгов, их удел война с внешниками.

Андрей обратился к «рейдерам», как он теперь понял, это именно они:

— Тут все типа как в книжках у Андрея Круза, чем больше твари жрут, тем сильней и опасней становятся?

— Так точно. — согласился Тафгай.

— Не знаю, как там в книжках. У нашего брата времени на них особо нет. Но суть ты уловил. — спокойно ответил Крестный.

— Я не совсем поняла, что такое мультиверсум? — спросила Ника обращаясь ко всем сразу.

— Это, Солнце мое, совокупность всех параллельных вселенных. Представь, где-то есть мир, где я рыжий, или в квартире у нас нет подвала, или тебя зовут по-другому. Тысячи маленьких отличий. Мир может различаться лишь в чем-то одном, а может совсем быть не похож на наш. Мир где Германия выиграла вторую мировую, где в России нормальные дороги.

— Ну последнее совсем уже из ряда фантастики, но я поняла. То есть мы, это не мы?

— Точные копии нас самих. — сказал Крестный. — А ваши недомогания — это побочный эффект от копирования.

Андрей внутренне слегка расслабился, ведь теперь его греет уголек надежды, что если он здесь все-таки не справится, где-то там в параллельном мире, есть еще один он, которому сегодня не приходилось убивать зараженных. И где-то есть Ника, которой не нужно вникать в реалии нового мира. Она наслаждается старым.

— Получается весь этот мир состоит из кластеров? — продолжала спрашивать Ника.

— Так точно, — подтвердил Тафгай, — они как тетрадные клеточки примыкают друг к другу. Стикс пытается соединять похожие элементы, дорога всегда примыкает к дороге, лес к лесу, горы к горам, а это я вам доложу не так-то просто. Случаются глупые не состыковки, как-то раз видел, как железная дорога переходит в рельсы американских горок.

Казалось он вообще забыл, что привязан к стулу. Как успел заметить Андрей, Тафгай тот еще болтун, а Крестный его полная противоположность, говорит мало и только по делу.

— А от укуса точно нельзя заразиться? — на всякий случай уточнил Андрей.

— Что ципанули? Это у нашего брата частое дело, не ссы, на нас все как на собаке заживает, ускоренная эта, как ее… регенерация. Уверен, у тебя там уже все затягиваться начало, через пару дней и шрама не останется.

Ника укоризненно посмотрела на Андрея.

— Показывай. Быстро. — процедила она сквозь зубы.

Андрей нехотя размотал повязку, и его брови подпрыгнули вверх. Рана выглядела так будто ей уже дня три. Умом он понимал, что оказался в другом мире и здесь другие правила, но все же трудно вот так сходу к этому всему привыкнуть.