Книга Вондер. Том 1 и Том 2, страница 156 – Дмитрий Крам

На это девушка лишь задумчиво хмыкнула.

— По сути, чтобы стать художником теперь даже необязательно уметь рисовать. Нужно только играть роль и придумывать что-то концептуальное. Ты, если будешь выставку делать, меня зови. Я тебе столько вещей «сос мыслом», — тут я сделал кавычки пальцами, — придумаю.

— Хорошо, учту, — одарила она меня веселым взглядом.

Когда мы поднялись к ней в квартиру, я с удивлением обнаружил, что внутренний голос трусливого Костика меня не донимает. Молчит. Я словно в зоне комфорта. Будто бы уже сто раз приходил к ней в гости. Неужели с человеком сразу может быть настолько уютно?

— Охренеть! — выдал я с порога. И даже сразу кольцо на пальце покрутил, делая проверку на сон. Картины висели повсюду. Я словно в какой-то сюрреалистичный музей попал. Хлопнула дверь, выводя меня из оцепенения.

— Ну как? — откровенно смеялась надо мной девушка.

— Тебе бы еще зеркал добавить и лампы разноцветные.

— Зачем?

— Чтобы два денька тут пожить и сразу в спецучреждение отъехать. Это… даже не знаю, декорации к новому детективу от создателей «твинпикса» и «черного зеркала».

В коридоре висели по большей части достаточно неплохие «фанфики» на классиков. Тата пробовала разные стили и подражала мастодонтам, а вот в комнате уже во всем прослеживался её собственный уникальный стиль. Всё яркое цветное, немного грубое, привлекательное и очень естественное.

— Я в шоке, — признался я. — Это же нельзя дома хранить. Это люди видеть должны!

Девушка выдала смущенную полуулыбку. Я ошарашенно озирался, а потом вдруг встретился с ней взглядом.

— С тобой так комфортно, — сказал она неожиданно и приблизилась ко мне.

Поцелуй быстро вышел из-под контроля. Я опомниться не успел, как уже стягивал с нее блузку. Лампочка в спальне не работала, и загорелая кожа Таты была удивительно гладкой и принимала какой-то особый магический оттенок в пробивающемся через окно лунном свете.

* * *

Несмотря на усталость, я не мог уснуть. Лежал, перебирал пальцами темные кудри и ощущал тепло прижавшейся ко мне голой девушки. Все вышло так внезапно. Началось плавно и перетекло в горизонтальную плоскость. В постели Тата оказалась нежной и чувственной.

Уголки губ подскочили. Я всегда фотографировал в память особенно удачные ракурсы. При воспоминаниях о её темных сосках кровь снова отливала от головы и прилива туда, куда обычно приливает в подобных случаях.

А ведь это давно могло стать реальностью. Но я постоянно в себе сомневался, боялся.

Заснул где-то в середине ночи, зато особенно крепко. Я бы сказал, что не видел снов, но знал, что так не бывает. Я их просто не запомнил. Впервые за очень долгое время, и это тоже хорошо.

Поутру обнаружил записку: «Если хочешь, можешь остаться до вечера».

Я так и поступил. Разглядывал картины Таты, провел очередной марафон практик и потреблений контента, накачивающего мозг яркими образами. Приготовил ужин.

После секса снова крепко уснул и пошел на работу. Ха-ха!

* * *

В сновиденный мир я ворвался с двух ног. Осознался на входе в университетскую общагу. Ну да, там с Татой и познакомился. Мозг роется в связанных пластах памяти. Все-таки иногда он до жути банален. Намерение было так крепко, что я хлопком в ладоши в мгновенье ока аннигилировал всех спрайтов и почти всю локацию, оставив лишь одну дверь.