Книга Рожденные холодом, страница 50 – Дмитрий Крам

Митрич ничего не ответил. Он обратился к Воронцову.

— А ты тоже не знаешь, из-за чего на вас охоту объявили?

— Не имею ни малейшего понятия, — сказал товарищ.

Вряд ли найдется такой хитрый дар, что укроет от способностей ментата сразу двоих. А Митрич был именно что ментатом. Причем очень мощным. Мне, пожалуй, здесь такие еще не встречались.

Отошедший охранник вернулся с небольшой коробочкой. Секретарша принесла поднос, на котором стояло все запрашиваемое. Митрич открыл коробочку. Внутри лежали три прозрачных кулечка с застежкой. Первый забит споранами, второй горошинами, третий красными и черными жемчужинами.

Митрич достал красную жемчужину и катнул мне по столу, а сам высыпал на ладонь четыре спорана и закинул их в рот, проглотил, словно аскорбинки и запил водой. Мы с Воронцовым опешили от такого зрелища и переглянулись. Это же сильнейшее отравление. Гарантированная смерть, даже для долгожителя Улья.

Я поймал ладонью жемчужину и покрутил в пальцах.

— Ничего не замечаешь? — спросил Митрич.

— Нет. Разве что… — я замер пораженный. Если просто держать жемчужину в руках, то ничего не заметишь, но стоит сфокусировать на ощущениях и станет понятно, что она не теплая, как должна быть. Именно так определяют подлинность жемчужины. И этот образец проверку не прошёл.

На севере такие аферы за всю историю случались всего пару раз. Территория маленькая, тебя так или иначе найдут, желающих рискнуть головой не так уже и много. А вот за Чернотой, где десятки, сотни и даже тысячи разных стабов, нет-нет да и найдутся умельцы, что решат впарить ненастоящую жемчужину. Обычно на такое ведутся свежаки, или совсем обдолбаные рейдеры.

Я передал красный шарик Воронцову. До меня потихоньку начало доходить, всё в той коробочке подделка, но я всё еще не понимал, причем тут мы.

— Так, и что дальше? — уставился я на Митрича. Он кивнул и один из охранников передал мне поднос.

— Сделай живец и разведи горошину, — сказал хозяин дома.

Я налил треть стакана водки и бросил туда споран. Он зашипел как настоящий. Развёл по рецепту в уксусе горошину, она растворилась без следа. Воронцов попробовал получившуюся смесь.

— На вкус как обычная, — выдал он своё экспертное заключение.

Прошло еще минут десять, и споран полностью растворился, оставив кучу хлопьев. Я процедил жидкость через марлю, разбавил водой, принюхался воняет как обычный живец. Для сравнения даже откупорил свою фляжку. Моя амброзия, конечно, в разы приятней, но специфичный ни с чем не сравнимый запах спорана одинаков и там и там.

— Поразительное сходство, да? — насмешливо спросил Митрич.

— Не то слово, — сказал я.

Если жемчужину еще можно вычислить, то спораны и горошины было не отличить от настоящих. А, значит, и понять действуют они или нет нереально, если смешивать их с не поддельными.

— Я очень давно ищу людей, что делают подобные вещи, — чуть наклонился вперёд Митрич. — И тут уже дело даже не в том, что они, когда-то нагрели меня на очень круглую сумму.

— Это всё, конечно, замечательно, но мы то здесь причем? — продолжал недоумевать я.

— Дурака, не включай, да? — заорал Казбек. — Ви палёнку вбросили в оборот.

День сороковой

Цитадель

Минус двадцать четыре градуса по Цельсию

— Казбек, — снова шикнул на него Митрич. — Я допускаю, что вы и правда не врёте, и просто стали жертвами развода. Допускаю даже, что не поняли этого. Но вы совершенно точно знаете того, кто с вами так нехорошо обошелся. Предлагаю сделку. Вы выдаете мне местоположение Козла, а мои люди и даже известные вам компаньоны, с татуировками на руке, прекращают любые попытки вам навредить.