Книга Рожденные холодом, страница 158 – Дмитрий Крам

Вторая машина на правом фланге пыталась повторить его успех, но никак не могла тронуться с места. Проезжала полшага, движок начинал чихать и глох. Стрелять они уже не пытались. Экономили БК, суки, до Цитадели дорога длинная, каждый патрон на счету будет. Если им удастся свалить.

Я успел выстрелить еще раз, попал в середину туши. Расправившись с очередным авто, скреббер переключился на здание. Видимо, все еще изредка огрызающиеся оттуда бойцы доставляли ему больше неудобства, чем мой гранатомёт.

Он прошил трехэтажку, как пули прошибают тело. Прошел насквозь весь первый этаж и вынырнул с другой стороны, развернулся и повторил процедуру еще раз. Половина несущих стен была снесена к херам, середина второго этажа упала на первый, часть крыши уже обвалилась, дом начал потихоньку заваливаться.

Я вставил третий снаряд. Почти не целясь, поймал бок твари и выстрелил. Еле слышно хлопнуло. Пороховой заряд подвел, лишь на пару метров выплюнув головную часть. Тем не менее, пороховой заряд реактивного движка воспламенился, унес взрывную головку куда-то в сторону.

Остался последний выстрел. Скреббер уже весь был изранен, сочился оранжевой жижей словно истыканная вилкой нелепая длинная сосиска. Монстр двинулся в мою сторону, извиваясь как змея. Бежать бесполезно, ублюдок чувствует малейшие вибрации.

Шурша шкурой по битым кирпичам, иногда цепляясь рваными ранами за торчащие куски арматуры, тварь ползла ко мне. Я выстрелил прямо в голову, ракете понадобилось меньше секунды, чтобы пролететь разделявшее нас расстояние, но за пару метров до столкновения чудище выплюнуло из пасти свои щупальца, изменив траекторию полёта. Взрыватель не сработал от такого мягкого контакта и улетел за сотню метров, хлопнув там.

Я побежал, пытался взобраться по кирпичам, чтобы потом попетлять меж старой техники и пожить пару лишних секунд. «Доигрался!», — подумал я, когда огромная зловонная раззявленная пасть накрывала меня словно насекомое, что поймали сачком.

В этот миг из груды кирпичей вынырнула грязная окровавленная рожа. Человек распластался в длинном прыжке. Я узнал его по полупрозрачному куполу, что окутал нас, стоило ему схватить меня за ногу. Стенки пасти сомкнулись. Нас протолкнуло внутрь. «Как на лифте», — промелькнула в голове мысль.

Защитная сфера чуть подсвечивала все вокруг, и мне удалось разглядеть, как Воронцов, сохранивший холодную голову, вспомнил про наш изначальный план, которому мы должны были следовать, если бы пытались убить тварь силами только нашей группы.

Друг вытолкнул из сферы сверток, от которого шли провода к подрывной машинке, что он держал в руках. Все вокруг осветила яркая вспышка, а после нее, наоборот, власть над миром взяла тьма.

В чувства меня привел Варик. Я как бабочка из кокона выполз из куска тела скреббера. Воронцов лежал рядом без сознания, Танк оказывал ему медицинскую помощь.

— Где Салага? — спросил я, пытаясь подняться на ноги. Вестибулярный аппарат еще шалил, пришлось опираться на Варика.

— Мы его не видели, — сказал Танк.

Я огляделся. Вся одежда оказалась покрыта оранжевой склизкой массой. Пыр с перевязанной головой вместе с еще одним бойцом «Щита» укладывали раненого на носилки возле уцелевшего броневика. То, что осталось от тела скреббера, еще шевелилось, крутилось, сокращалось и сочилось слизью.