Книга Клейменые холодом, страница 133 – Дмитрий Крам

Зачем все это? Да затем, что это единственный способ его приручить. Он сам себе стая и сам себе вожак. Никто из собратьев не смог с ним совладать, а никто из людей и не пытался вступить с ним в честную схватку. Этот зверь очень умён и принимает только право сильного. Один раз мне уже удалось его удивить. Теперь повторим урок.

Нет, это не значит, что он сразу станет покорный и начнет слушать команды. Эта битва только первый кирпич в фундамент наших будущих отношений. Мне день ото дня придется доказывать, что я вожак. Он еще десятки раз попробует оспорить этот титул, но рано или поздно сдастся и тогда…

Впрочем, до этого еще долго. Сейчас нужно сосредоточится на одной конкретной схватке. Да это очень мощный и сильный зверь, вдобавок измененный Стиксом.

Но ведь и я давно не обычный человек. Я долбанный попаданец в безумный мир Улья. И это день ото дня делает меня сильнее. Связки укрепляются, реакция улучшается, а мышцы становятся способны выдерживать большую нагрузку. Я гораздо сильнее и быстрее любой из своих версий во всем многообразии мультиверсума.

Салага уполз с поля боя, а Васю оттащили наемники. Теперь можно начинать схватку. Пес смотрел мне прямо в глаза. Настоящий хищник, уверенный в своей победе. Для него каждый бой как последний.

Я ринулся вперед, сразу делая разворот на правой ноге. Пес, как и во все предыдущие разы, прыгнул, мечтая вцепиться в горло, но впустую клацнул зубами и пролетел мимо. Он приземлился, на ходу разворачиваясь и загребая когтями снег.

Я крутанулся на месте. Зверь попробовал впиться в ногу, но я только этого и ждал. Одернул конечность, перехватил подавшегося вперед пса за шкирку и бросил в сторону, до того, как он успел повернуть башку и укусить меня за кисть.

Собака упала, перекатилась и снова ринулась в бой. Я решил повторить уже сработавший в прошлый раз фокус. Выставил вперед левое предплечье, зверь повалил меня, а его челюсти сомкнулись на руке. Больше палец пролез под нижнюю челюсть. Пес сообразил, чем ему это грозит, но не успел разжать пасть. Я начал ее растягивать.

Пес взвизгнул. Я сразу же ослабил хватку. Зверь развернулся и рванулся в вольер. Я прыгнул, вцепился в него, повалил и подмял под себя. Оказавшись сверху, предплечьем прижал шею к земле, не давая ему взбрыкнуть и укусить меня.

Он рычал, а я рычал еще громче. По-звериному оскалившись, я смотрел в бешенные глаза пса. Животная ярость завладела мной. Пес заскулил и перестал пытаться вырваться.

— Я здесь вожак! – заорал я. Затем слабил хватку и дал ему подняться, зверь тут же, поджав хвост, метнулся в вольер.

Я встал, отряхнулся и сказал:

— Представление окончено, всем спасибо.

Вольер попросил не закрывать. Что-то мне подсказывало, что пес не будет пытаться сбежать.

Я переоделся в комнате у парней. Затем вызвонил Танка. Воронцов отказался участвовать в предстоящей авантюре, так как ему постоянно требовалась капельница для скорейшей регенерации тканей. А вот Салага предложению обрадовался. Он откровенно засиделся на базе.

Мы вышли из казармы и направились к выходу. Я остановился у вольера.

— Ты идешь? – обратился я к псу.

Тот лишь ощерился, впервые не желая покидать свою тюрьму.

— Не заставляй меня выволакивать тебя за шкирку. Что хочешь остаток дней провести в клетке?