Книга Вмерзшие в S-T-I-K-S, страница 183 – Дмитрий Крам

Снова споткнулся, но впереди была ровная площадка, и я не стал подниматься, а просто пополз вперед. Взобрался на возвышенность и уставился на ледяные ступени ведущие в черный туннель. Фух, добрался. По крайней мере пещера не выдумка. Уже хорошо.

Я поднялся, но тут же снова рухнул от пронзившей колено боли. Ударившись, лицом об лед, разбил губы. Сплюнул кровь и пополз дальше. Нет, чтоб какой-нибудь эскалатор тут себе поставил или лифт на крайний случай.

Я пополз по ступеням вверх. Руки так и норовили соскользнуть. Колено словно превратилось в пудовую гирю. Зато хотя бы чертов ветер стих и не пытался отодрать настырного человечишку с горы, словно он какой-то паразит на ее исполинском теле.

Я забрался до конца ступеней и ввалился в пещеру. Достал фонарик, включил его. Луч света отражался от заледеневших стен и исчезал где-то вдалеке, так и не достигнув конца прохода. В какое дерьмо меня втравил Жердь? В голове тут же возникли параноидальные мысли. А что если это еще одна уловка сектантов, вдруг главврач тоже у них на поводке?

«Входи в пещеру без оружия» – всплыли в голове его слова. Ага, разбежался.

Попробовал подняться, но колено снова прострелило болью. Как будто под чашечку шуруп вогнали. Сука! Как же больно! Я взвыл сквозь стиснутые зубы.

— Боль – это уловка мозга, придуманная чтобы создавать телу препятствия. – раздался из пещеры какой-то бесцветный, безжизненный, словно искусственный голос. – Боль это самое примитивное сито для людей. Перетерпел ее и смог подняться на ступеньку выше над остальными.

Это меня так призвали идти дальше? Что-то не внушает доверия. Говорящий, конечно, прав, но мутно как-то это все. Ладно, не поворачивать же назад, когда столько уже пройдено.

Я пополз по тоннелю, постоянно оглядываясь, чтоб понять, как далеко от входа уже оказался. Наконец когда обернулся в очередной раз, увидел лишь белую точку, а еще спустя некоторое время, исчезла и она. Вдруг фонарик погас.

Вот дерьмо! Все же проверял перед выходом. Я вытащил запасной, но он отказывался включаться. Тогда закоченевшие пальцы с трудом сомкнулись на рукояти пистолета. Я снял его с предохранителя. В абсолютной тишине этот щелчок прозвучал словно выстрел.

Что-то вырвало пистолет из рук. А затем зажглась свеча. Я зажмурился, а когда открыл глаза, увидел и того, кто ее держал.

— Пошли. – сказал мне незнакомец и свернул в нишу в стене тоннеля, которую я не заметил. Я пополз следом. Мы оказались в круглом зале метров пять в диаметре. Весь пол был устлан пушистыми шкурами разной расцветки.

Незнакомец прошелся по кругу и зажег еще несколько толстых свечей, а затем уселся на пол напротив меня. Он был худой и смуглолицый, черные дреды до плеч, на шее ожерелье из каких-то жутких когтей неизвестной мне твари.

— Шаман? – на всякий случай решил уточнить я.

— Так меня прозвали люди. – спокойно ответил он. – Зачем ты пришел?

— Мне нужны ответы. – сказал я. – Что со мной не так?

— Ты хочешь, чтоб я отобрал у тебя радость познания?

— Я хочу, чтоб ты сказал мне, какого черта больным сектантским ублюдкам от меня понадобилось?

— Они лишь дети заигравшиеся в стужу. Не гневайся на них. Я родился в этом мире и не знал другого. Для меня он прост. Для вас сложен. Кто-то становится его частью, а кто-то всю жизнь пытается это сделать, но в итоге остается один на один со своим безумием.