Книга Вернуть Дворянство 7, страница 88 – Дмитрий Крам

Чем дольше я сидел с этой мыслью, тем больше во мне поднималась волна возмущения. Да, это совсем иной противник, о котором ничего не известно толком, но я всегда, всю эту жизнь, старался играть на опережение. Так что теперь поменялось?

Наконец внутренний я всё же победил, я взял радиостанцию и на общем канале совета сказал:

— Я не могу брать на себя ответственность за всех. Сегодня я и мои люди не будут просто обороняться. Мы пойдем в атаку. Я пойду в атаку!

— Арс, — подала голос Минхе. А Ева в этот момент ворвалась в комнату разъяренным ураганом. Глаза её начала покрывать жемчужная пленка, как всегда, когда в ней бушевала стихия. Она буравила меня взглядом. — Это потребует вывода второй смены на охрану.

— Я понимаю. Потому и сказал. Только я и мои люди.

— Мы поддержим тебя, — раздался по связи голос Ханула.

— Сын! — возмутилась Минхе.

В эфире начался спор, и я увернул звук.

— Почему тебе всегда нужно больше всех рисковать? — уставилась на меня Ева.

— Потому что без этого я бы не был собой.

— Тогда я сегодня тоже заступаю, — скрестила она руки на груди.

— Если ты думаешь, что это меня остановит, то ошибаешься.

Наконец по связи прошло голосование. Те, кто меня поддерживают, пойдут в атаку, остальные останутся на защите. У базы введут больше гражданского резерва. Тем более, что за сутки еще кое-кого успели подучить.

В кабинет вошла Сундучка с отчетом по другим странам. Император начал переселять людей на север. И, к сожалению, несколько вертушек и пассажирских самолётов были сбиты диверсантами. Наверняка из сторонников Византийских. После начала событий у них в клане произошел раскол. Большая часть исчезла. Примкнула к вторженцам и растворилась по тайным логовам. Меньшая, включая моего приятеля Иллариона, осталась верна здравому смыслу и с боем покинула родичей.

На Иванова уже было совершенно порядка десяти покушений. Власть для инопришеленцев хуже любого абсолюта. В хаосе им бы было куда комфортнее.

Но больше всего меня тревожило, что Такеши так нигде и не объявился.

* * *

День вторжения

— Расскажи мне про неё, — сказала Василиса, когда они сидели на веранде.

Такеши уже познакомился с её родителями и остался у них гостить. Такому человеку они бы не смогли отказать, учитывая репутацию его учителя. Лучше уж согласиться от греха подальше, чтобы потом не пришлось отлавливать дочь где-нибудь на чужбине.

— Ты уверена? Это не ранит тебя?

— Нет. Я же чувствую, это история любви. А истории я люблю, — меланхолично улыбнулась она.

В груди защемило то ли от воспоминаний, то ли от того, как его переполняли чувства.

— Ну хорошо. Она была похожа на ветер. Словно родная моей стихии, такая же переменчивая и порывистая. То теплый морской бриз, то тайфун. Глаза живые, словно в них поселилась вся радость мира. Она гуляла по фавелам, как ангел по кладбищу. Я… у меня не было шансов устоять, — он замялся. — Подожди, схожу за чаем. В горле пересыхает от волнения.

Рысева кивнула. И начала рисовать на листке образ обворожительной бразильянки. Она очень увлеклась, как-то само собой возникла на заднем фоне самаритянская церковь.

И тут дом содрогнулся, и карандаш скользнул, перечеркнув прелестный лик девушки.

«Что это?» — только и успела подумать Васька, когда окно лопнуло от нового толчка.