Книга Вернуть Дворянство 7, страница 104 – Дмитрий Крам

В комнате отдыха его уже ждал квас и чай, а потом Сунбока пригласили в массажную. От вида молодых красивых девушек в полотенцах что-то загорелось в душе. Он еще был жив. Пусть слабо, но это ощущалось.

В две руки его начали разминать. Парень блаженно прикрыл глаза и сам не заметил, как провалился в сон. Проснулся он странного звука. Открыл глаза и увидел упавшее на пол полотенца. Поднял взгляд и уткнулся в лобок с аккуратной дорожкой волос. Во рту сразу пересохло.

Когда ему промяли последнюю мышцу, он снова уснул. А потом его растолкали и опять увели в баню.

Повторное наказание от Тёти Леры парень вынес более стойко, а потом снова ушел на массаж.

Дверь скрипнула. На спину легли теплые женские руки и Сунбок сразу понял, что это другая девушка.

— Ох, сколько зажимов, — сказала Тётя Лера, и Сунбок вздрогнул. — И че тут тебе эти курицы мелкие проминали?

Что-то хрустнуло, и Сунбок почувствовал, будто-то где-то между лопаток ослабили пружину. Когда массажистка закончила, Мае ощущал себя обновленным. Так легко и хорошо ему не было уже очень давно. Если не сказать никогда.

Он оперся руками, чтобы встать, но ощутил, как пальцы Тёти Леры взяли его за лодыжку.

Внутри всё похолодело. Он плохо знал русский, но с выброса адреналина мигом вспомнил всё, даже то, что когда-то просто слышал, а не зубрил.

— Тётя Лера не надо, — проговорил он.

— Надо-надо, — сказала она. — Че эти дорнощепинны мелкие могли тебе размять.

В полумраке массажной комнаты улыбка Тёти Леры выглядела как оскал.

Сунбок вцепился в массажный столик, но банщица плавно потянула его за ногу. Таким слабым и беспомощным он никогда себя не чувствовал.

* * *

Вилар Нургон не хотел этой должности, сбор урожая на отсталых планетах грязная работа. Он сидел, положив подбородок на сцепленные в замке руки и слушал доклад подчиненного, который тот сопровождал детальными проекциями.

Серо-синий цвет объемных картинок говорил о слабом уровне контроля спектрального дара, а вот их подробности о сильном пространственном мышлении.

— Мы отправили первые образцы камней стихий и камней душ на анализ, — вещал Арзул. — Скоро получим результаты. Какие будут указания?

— Никаких, Арзул, — вздохнул Вилар. — Я не могу принять решение без понимания того, во что превратились люди за это время. Одни говорят одно, другие другое. Грязная кровь, чистая кровь. Пустой трёп.

— Позвольте донести до вас слова Виторна?

— Говори.

— Идущий мыслью Виторн просит не уничтожать вид. И допустить его до экспериментов на этой планете. Готов даже заплатить.

Вилар оскалился.

— Будь моя воля, я бы отправил его в круговорот энергии к Матери Материй. После этого ублюдка фермы приходиться сжигать дотла. Пусть катиться в тот черный портал, из которого его исторгли проклятые кварки. Я еще не знаю, до чего договорятся старшие. Склоняюсь к тому, что все подчинятся воле Эразма. Он хочет оставить здесь лишь одаренных пяти базовых этой ферме стихий, и зарыть повсюду камни стихий, а может и камни душ, и посмотреть, что это из этого выйдет. Возможно, через столетие мы получим новое оружие невиданной мощи.

— Эразм мудр. Сила его души неоспорима, — склонил голову Арзул.

— Какие есть трудности?

— Северные регионы, управитель. Мы отправили туда поцелованных огнём, но группы собираются небольшие, а пространства огромные, боюсь, придется оставить это напоследок и действовать руками местных. Либо отправлять запрос на выведение нового вида.