Книга Вернуть дворянство 6, страница 89 – Дмитрий Крам

Старик лишь покачал головой. Клинок мгновенно затупился, покрылся ржавчинной, а потом обратился рыжей пылью.

— Ты так ничего и не понял. Тебе меня не одолеть.

— Всего лишь смерть, — скривился Такеши.

— Нет. лишь её слуга, — усмехнулся Вотанабэ. — Табур самый сложный в освоении за всю историю, но самый опасный. Само время! — с трепетом произнёс старик.

— Так вот почему Фуудзин Таро был жив! — ошарашенно прошептал Такеши.

— Для него семьдесят лет пролетели как один миг, — кивнул Таро. — А для тебя пара минут превратятся в вечность, — ощерился старик.

Светящееся искажение пространства захватило Такеши, и он замер.

— Интересно, успеет ли кто-то еще прийти до того, как ты состаришься и умрешь, — прозвучал голос Таро.

Первые мгновенья Такеши брыкался, пытался что-то сделать, взывал то к молнии, то к ветру, но все было без толку. И даже гойле Обата не спас. Дух первого дайме лишь скрасил несколько минут, не в силах покинуть барьер. Слепок былой эпохи, не смог обмануть время, которое здесь подчинялось чужой воле.

Несколько часов японец провел в раздумьях, осознавая, что снаружи едва ли минуло пару секунд.

Он попробовал зацепиться за единение со стихией. Скорость его молниевых рывков, конечно, не приблизилась, к скорости сенсея, но можно попробовать обратиться потоком частиц.

Раз за разом он старался обернуться молнией, затем порывом ветра, но ничего не срабатывало.

Шли часы, затем потянулись дни. Он понял, что сойдет с ума. Это неизбежно.

И тогда он начал анализировать свою жизнь. Разбирать её поэпизодно, восстанавливая в памяти события и их мельчайшие детали.

«Мог ли я тогда поступить иначе? А как бы все завертелось в ином исходе событий? А что делать после, если я все же выживу каким-то чудом?».

Сотни вопросов возникали в его голове, и он давал на каждый десятки ответов. Фантазийные варианты будущего раскрывались перед ним яркими кинофильмами. Наверное, так видел будущее Мстислав Романов. Только он видел реальное, а Такеши видит выдуманное.

Шли месяцы. Безымяныш не привык сдаваться. И не оставлял попыток вырваться. Голода здесь не было, а вот потоки энергии шли как всегда. При этом растительность на лице появлялась. Сначала пушок. Поток более грубая щетина. Волосы отрастали.

Воздух и электричество стали его единственным развлечением. А еще гойле. Предок являлся изредка, и Такеши старался не смотреть в его безумные глаза. Но, как ни странно, своим присутствием дух напоминал ему о том, что есть другой мир, где бывают живые люди.

Счет времени совершенно потерялся. Находясь в заточении, разобрав свою жизнь на молекулы, Такеши дивился мудрости сенсея.

Теперь он отчетливо понимал, что-то не так. Не мог тогда еще восемнадцатилетка знать и делать всего того. Он почти никогда не поступал на свой возраст.

Может, это какой-то еще один родовой дар. Гойле мудрости?

«Если выживу, обязательно поговорю об этом с учителем».

Теперь всё наносное слетело, и главное чувствовалось куда острее. В былые времена дистанцированный от женщин, теперь он явственно ощущал, своё влечение к Василисе Рысевой. Только её образ, и воспоминания о кратких моментах, что они провели вместе. Танцы на званном ужине на Чеджу. Запах её духов. Смех. Он, конечно, так и не решился почитать её книг, но сейчас отдал бы всё за любую из них.