Книга Вернуть дворянство 6, страница 17 – Дмитрий Крам

В самокритике ему не откажешь.

Интересное было дальше. В его мыслях про судьбы мира. Согласно теории «усиления одаренных» начнутся рождаться дети трехстихийники и четырехстихийники. Первых пока за всю историю было пара штук, и это являлось исключением, подтверждающим правило, что таких людей не бывает. Прожили они, кстати, крайне недолго, не выдерживает тело и психика таких нагрузок. А одаренных четырьмя силами и вовсе не было никогда.

Так вот ученный боялся, что однажды родится одаренный способный уничтожить мир.

Быть может, этого боялся и Романов? Ну а что? Если, например, кто-то в подземных лабораториях годами занимался селекцией одаренных, вспоминается Макаровская тюрьма. Скажем, за пару веков можно, и вправду, вырастить чудовищ. А теперь еще и генные технологии появились, если научатся даровой селекции, то миру стоять недолго.

За примером далеко ходить не надо. Если бы мой покойный братец Павел Синицин дорос до ранца абсолют, он бы таких дел мог натворить.

Прочитанное вгоняло в тоску и не дало никаких конкретных подсказок. Вся надежда была на Романовых. Может, они раздобудут информацию.

Возможность посмотреть, кто посещал секцию и какие книги брал я тоже себе выбил, поэтому, открыв журнал не удивился, увидев, что недавно тут был сам правитель, так же нашел в нём фамилию Византиских. Пару раз за последние тридцать лет посещали. Я пролистал всю сотню лет и заметил, что книги иногда выносили и не заносили обратно. Причем, случилось это сразу после смены династии Романовых.

Есть над чем подумать.

А ещё сдаётся мне, это не все. Есть где-то самое секретно-конфетное хранилище.

Эх, ладно, и туда однажды свои лапки запущу.

* * *

Я решил на всякий случай курировать встречу Романова и Византийского. Кто-его знает, что за фортель решит выкинуть старый хрыч. Лучше, если Костя будет знать, что его страхует тот, кто разваливает кабины пророков. Так меньше шанс, что он разволнуется и ляпнет какую-то глупость.

Сам патриарх рода явился. Приехал один, без охраны, что вообще нонсенс. Как будто специально меня искушает в плен его взять и всю информацию выбить.

Я бы, может, и рискнул, если бы не элементарная техника безопасности, прежде чем совать палку в улей, надо хоть немного изучить, что там за пчелы живут и дают ли они мёд или только звиздюлей.

Семеон Византийский был опасным даже на вид. Обманчиво доброе лицо, поразительно точные движение уставшего от жизни старика. Ему было семьдесят пять.

Он чем-то неуловимо напоминал католического священника, который потом оказывается главным злодеем фильма и на равных дерется на мечах с героем.

Увидев его, я испугался, что он разглядит меня в невидимости. Не знаю, почему. Впервые такое. Хорошо, что сидел далеко, тщательно помылся, причем использовал тот же шампунь, что и Костя. Перестраховывался как мог, спасибо паранойе.

— Семеон Архонтович, благодарю, что так быстро откликнулись, — сказал Костя.

— Брось, Константин, я же говорил, мы с твоим братом были друзьями, — проникновенно заявил гость. — К тому же помогать новому поколению, это то немногое, на что мы, старики, еще способны.

Да. Хорошо, что я здесь. Иначе бы он просто сожрал Романова. Возможно, вместе со всем родом и активами.

— Мои сны… я… вы говорили, что, если будет что-то хоть намёк. Мне кажется, это уже не намек. Дар прорезается будто зубы, я не могу нормально спать и есть.