Книга Вернуть дворянство 1, страница 113 – Дмитрий Крам

Вот и сейчас я стал замечать странные заходы в разговоры, которые не смог интерпретировать, плюс её излишняя задумчивость.

— Говори уже, что тебя терзает, — не выдержал я.

— К чему все эти эксперименты над Безымянышем? — спросила Джи-А. — Что ты хочешь из него сделать?

— Лучшую версию себя, — не стал я юлить. — Очень могущественного человека, который будет способен войти в историю. Но, прежде чем трансформировать реальность вокруг, он должен её познать. Этот мир как пластилин. Сначала греешь его ладонями, потом начинаешь лепить, что хочешь. Сначала идет туго, но затем он совсем тает и можно работать даже с мельчайшими деталями.

— Ты сказал, этот мир, словно есть другие, — усмехнулась Джи-А.

— Конечно, есть, — сказал я и поднялся. Маруся курлыкнула. Настало время кормежки. — Только на этот они мало похожи. Скорее напоминают кирпич. Можно сколько угодно держать его в руках, но вылепить вряд ли что-то получится, даже царапину ногтем не оставишь. Всё, что тебе дано, это сдувать с ладоней красноватую пыль и осмыслять его кирпичность.

— Но ведь кирпич можно сломать!

— Можно, и раз в сто лет это непременно кому-то удастся, — подтвердил я, протягивая птице зерно на руке. — Да только если соединить две половинки обратно с трех шагов и не видно, что он когда-то был сломан. Мы отвлеклись, — напомнил я.

— Своим поручением ты сводишь Безымяныша с ума, — перешла наконец к сути Джи-А.

— Смотрите, как мы теперь за него переживаем.

Я оторвался от кормления Маруси с ладошки и поднял взгляд на девушку.

— Если бы у него были мозги, он бы спросил совета у тебя, меня или, на крайний случай, Мальты.

— Мозги здесь ни при чем, — не согласилась собеседница.

— Слышала термин «Эмоциональный интеллект»? Интеллект всегда по смыслу рифмуется с мозгами, — я аккуратно поднял голубку и проверил, все ли в порядке с яйцами.

— Парень не умеет обращаться за помощью. Даже, наверное, не представляет, что так можно.

— Вот и пусть страдает, — сказал я, усадив голубку, и погладил её по голове указательный пальцем. — Испытание не от слова «легко», а от слова «пытка».

— Ты жестокий человек.

— О да! Давненько я не измывался над своей помощницей, хорошо, что напомнила.

— Да я не к этому вела! — в отчаянии запрокинула голову Джи-А.

— Помощник! — поздоровался я с совсем зачахшим работником. Он сидел всё в той же рубашке, а бумаги прибавилось. Я поставил перед ним два стакана кофе на подставке и рамен в картонной коробке.

— Не стоило, господин, — благодарно поклонился парень. — Мне скоро на заседание, по дороге бы поел.

— Меня зовут Ен.

— Доджон Мун, — снова чуть поклонился он из положения сидя.

— Босса не было?

— Нет.

— Нда, он прям нарасхват. Надо в полицию сообщить, может, его кто в плен взял и заставляет работать за еду.

На первых словах парень напрягся, а потом нервно рассмеялся.

— Надеюсь, что до этого дело не дошло.

— Что ж, удачи, помощник Мун, выходи хотя бы иногда на крыльцо, — посоветовал я напоследок.

* * *

Принтер пыхтел, выплёвывая листы. Я пробежался глазам по напечатанному и с сомнением закусил губу. Блин, когда уже Василиса приедет. Без нее как-то все шероховато выходит. У нее рука набита и глаз наметан. Она сразу поймет, где я пережал, а где недожал.

Да и вообще, уж кто-то, а Рысева сумеет довести историю до ума. Сделать её продающейся. Я же в этом не бум-бум. Придумать красиво могу, чтобы твисты, сюжет, жанр обстебать, персонажей раскрыть. Но это даже не половина работы. Важно упаковать это так, чтобы понравилось массовому зрителю.