Книга Путь трёх совершенствований. Том 2, страница 77 – Дмитрий Крам

— Да вот игрок на замену.

Русику сделали подсечку, он упал, содрал локоть. Догнал обидчика и влепил ему подсрачник. Завязалась драка. И тут старик свистнул, сам, без свистка, и все мигом разошлись.

— Замену играть будете? — громко крикнул я, улыбаясь во весь рот.

— Тебя-то каким ветром занесло? — ответил Саймон, оголяя зубы.

Я поиграл за их команду, чтобы прочувствовать разницу. И это, конечно, не лощенный школьный КП. Тут и локтем в бок прилететь могло, да и на землю падать не то же самое, что на газон. Два раза против меня нарушали правила, после чего приходилось вселять в ребят спортивный дух честной соревновательности посредством поступательных движений кулака в область наглой рожи.

В общем, было очень весело. Разбил колено, разбили нос. Употел как хоббит на марафоне.

Потом мы все вместе пили ледяную мутную воду из колонки. Дедок с трибун оказался бывшим тренером городской сборной Кадии. Полвека назад его команда брала первенство среди полисов. Сейчас вот душу отводит, следит за игрой пацанов.

— Мы на чемпионат по дворовому КП хотим, — сказал Саймон. — Давай с нами. Ты нифига финты исполнял.

— Я подумаю. Честно говоря, арсенал ваших грязных…

— Но-но-но! — возмутился парень. — Уличных. Уличных приёмов.

— Ага. Вот он меня заинтересовал. В школе такому не научат.

Потом я рассказал им, что рогатых больше нет.

— Слышали что-то такое, думали враки. А кто их так?

— Да есть там один, всем рога и пообломал.

— И ты никаким боком? — прищурился Саймон.

— Ну так, на шухере стоял, — сказал я.

Мы попрощались, и я поплёлся домой мимо логова рогатых.

Территория оказалась оцеплена. Тело деформатора, естественно, было снято. Здание выгорело. Каждое окно щерилось щербатой пастью, а тёмные подпалины на стенах, там, где выходил дым, напоминали высунутые чёрные языки, получался эффект, будто каждое окно выглядело как рот жуткого демона.

И самое удивительное, что куртки в петлях так и висели без единого пятнышка копоти подобно призракам. Как, спрашивается, верёвки не сгорели, когда бушевало пламя?

Как это возможно?

Я передёрнул плечами, развернулся и пошёл домой.

Рогатые умерли. Все воспринимали это именно так и шарахались от места, будто их, и правда, там всех вздёрнули.

Надо будет узнать у Буяна, как всё закончилось.

Дома я снова всех ошарашил своим исцелением.

— Она на тебя запала, говорю тебе, — шутил Пашка.

— Угу. Десять раз, блин.

За ужином решил ещё раз обрадовать родителей и рассказал, что меня взяли в сборную.

— Офигеть! — воскликнул брат.

— Это надо отметить, — объявил отец.

— Завтра приготовлю что-нибудь особенное, — радостно заявила мама.

После Пашка позвал меня к себе.

— Вот, — он вручил мне книгу. — Рин передала. Типа подарок, или чего, или почитать просто дала, я так и не понял, она заикаться начала.

— Почитаемс, — довольно потёр я руки.

Перед сном залез в капсулу и сунул в инвентарь револьвер. Посмотрим, как он себя проявит во сне.

Лёг на кровать вместе с новой книгой. А когда уснул, двери Пути услужливо приоткрылись для моего сознания. Надо будет по физике что-нибудь почитать. Интересно, как это, вообще, всё происходит.

— Добрый день. Ночь? — обратился я к Михаилу. — Или чего тут? Доброго безвременья, — усмехнулся.

Он кивнул.

— И я рад тебя видеть. Вижу, всё изучаешь, — он взял в руки книгу и полистал. — И как дела в этой твоей Дигме? Проверил, что хотел?