Книга Клинков. Последний хаосит 6, страница 118 – Максим Мамаев, Макс Гато

Шаховский почувствовал, как лёгкие сжались, и перед глазами побежали звёзды. Он падал на колени, но даже без воздуха его мозг работал ясно. Одна рука коснулась земли, и последние капли маны ушли в заклинание.

Молния. Не из облаков, а из самой земли — через камни, через воду в трещинах скал, через металлические жилы в горной породе. Электрический разряд невиданной мощности ударил снизу вверх, прямо в ноги Суздальского.

Архимаг ветра не ожидал удара снизу. Его защита была рассчитана на атаки сверху и с боков. Молния прошла через его тело, и Суздальский взвыл — звук, который не забудет ни один из свидетелей. Его вакуумное поле схлопнулось, воздух хлынул обратно, и Шаховский, задыхаясь, сделал вдох.

Суздальский рухнул на колени. Из его рта шёл дым, глаза были безумными от боли. Но он был Архимаг — такого не убить одним ударом.

— Ты… — прохрипел он.

Шаховский не дал ему договорить. Последним усилием он метнул Ядовитый клинок — сконцентрированный яд в форме лезвия, способный пробить любую защиту ослабленного мага. Клинок воткнулся в плечо Суздальского, и яд мгновенно начал распространяться по его телу.

Суздальский захрипел и завалился набок. Его аура мигнула и погасла — яд Шаховского блокировал магические каналы. Архимаг ветра был жив, но выведен из строя. Надолго.

Шаховский стоял над поверженным противником, еле держась на ногах. Его тело было покрыто ранами, мана практически на нуле, а в глазах темнело от потери крови. Но он победил.

— Один есть, — прохрипел он и сплюнул кровью.

И тут он почувствовал, как температура вокруг резко упала. Воздух заиндевел, а камни под ногами покрылись ледяной коркой. Берёзовский. Второй Архимаг, который до этого держался в стороне, теперь шёл на перевал.

Шаховский выпрямился, стиснув зубы от боли. Его тело кричало от усталости, но разум был ясен. Берёзовский был свеж — он почти не участвовал в предыдущих боях, сберегая силы именно для такого момента.

— Умно, — признал Шаховский. — Подождал, пока я израсходую всё на Суздальском.

Берёзовский вышел из-за поворота. Рядом с ним шли четверо Магистров — его личная охрана.

— Ты сделал своё дело, Шаховский, — сказал Берёзовский спокойно. — Задержал нас, потрепал нашу армию. Но сейчас это закончится.

— Может быть, — согласился Шаховский. — А может, и нет.

Он знал, что не может победить свежего Архимага в его нынешнем состоянии. Но он и не собирался побеждать. Его задача была другой — задержать. Каждый час, выигранный здесь, давал Демидову время под Беловежском.

Шаховский сделал шаг назад. За его спиной его люди на скалах напряглись, готовые к бою. Двести бойцов против полутора тысяч. Безнадёжно, но от этого не менее решительно.

— Что ж, — Василий расправил плечи. Боль отступила куда-то далеко, уступив место привычному ледяному спокойствию. — Давай, Берёзовский. Покажи, на что ты способен.

И когда Берёзовский ударил, Шаховский понял, что этот бой будет самым тяжёлым в его жизни.

Ледяная стихия обрушилась на перевал как лавина. Температура упала так резко, что вода в камнях мгновенно замёрзла и расколола скалы. Дыхание Шаховского вырывалось облаками пара, а кровь из ран начала замерзать прямо на коже.

Он бился из последних сил. Молнии бьют плохо по льду — это базовая физика, которую знал любой маг. Яд замедлялся на холоде и терял концентрацию. Берёзовский методично гасил каждую атаку и наступал, сжимая кольцо льда вокруг Шаховского.