Книга Обнулённый 2, страница 14 – Макс Гато, Виктор Рэн

— Ну хоть тут всё в порядке, — кивнула она и посмотрела на меня. — Размер и правда твой, солдатик, но работа тут есть, и немалая. Возьму четыре серебряка, это самая низкая цена по рынку.

Она опустила кольчугу на стол и обернулась к нам. Ещё до того, как я успел согласиться, мастер хитро прищурилась и произнесла:

— Хотя есть вариант, чтоб цену сбить маленько.

Бертран тяжело выдохнул и ответил:

— Окстись, Ефросинья, я целый день от твоей хреновухи отходил, — сказал он и покосился в мою сторону. — Да и командира одного больше не оставлю. У вас тут совсем проходной двор стал за те зимы, что я не захаживал.

Мастер улыбнулась и пожала плечами.

— Я ж тебя пить не заставляю. Да знаю чать, что в Бракмуре тебя не удержишь. Наведайся перед уходом, а я с вас три серебряка возьму по старой дружбе.

Бертран слегка кивнул мне, обозначив сигналом, что цена справедливая.

— У нас ещё есть дела в Бракмуре, — сказал я. — Так что отправлю его к вам на днях, если ничего серьёзного не случится.

— Добро, — мастер протянула мне руку, и я её крепко пожал. — Заходи денька через два, и всё будет сделано в лучшем виде. Ты мне лучше скажи ещё, что у вас там за оружие с собой…

Едва я успел передать задаток за работу с кольчугой, как мастер полезла разглядывать оружие, которое мы забрали после боя в лагере культа, и наткнулась на ещё одну кольчугу, покороче и поменьше.

Она внимательно осмотрела тесаки, ножи и наконечник копья, на удивление хорошо сохранившиеся в лесу. Чаще всего она цокала и качала головой, но один из тесаков привлёк её внимание, и она повертела его в руке. Кольчугу мастер разложила рядом с той, что взяла на починку.

— С этой проблем не оберёшься, — подытожила она. — Да и железо не больно крепкое, не чета той, что ты на починку оставил.

Мастер вернула оружие на стол и оглядела оружие и доспех критическим взглядом.

— Кой-чего тут вполне рабочий инструмент, — обратилась она ко мне. — А кой-чего сгодится на переплавку. Пока шахта баронская закрыта, выбирать не приходится. Дам на пять медных больше, чем Яков.

Её заключительный комментарий был обращён к Бертрану. Тот почесал бакенбарды и призадумался.

— Откуда ты знаешь, что там по ценам у Якова? — спросил он.

Мастер фыркнула и покачала головой.

— Этот старый хрен теперь ведёт этот… как егой… боггалтерскую книжку, вот. Да записывает всё туда постоянно. Ну и дал мне её полистать на днях, так что я вас ценой не обижу.

Бертран выразительно моргнул глазами, подавая очередной сигнал, на что мастер от души рассмеялась.

— Да ты глазами-то не моргай, Берт. Я чать не с шилом в заднице, как Савва. Со своих драть три шкуры не буду.

Итог вышел в двенадцать серебряных монет и горсть меди. Мастер в очередной раз пожала мне руку и проводила нас до дверей.

— Про обещания не забудь, дурная голова, — наставила она Бертрана перед уходом.

— И тебе не хворать, — ответил ей бывший стражник.

Мы вышли на улицу, и в лицо ударил прохладный ветер. Несмотря на открытые двери и ставни, внутри кузни было жарко.

— Славная женщина, — произнёс я, когда мы немного отошли от мастерской.

— Свояченица моя, — хмыкнул Бертран и поправил заметно опустевшую сумку на плече. — Сослали в Предел за то, что особо дерзкому клиенту голову разбила.

— Не знал, что ты женат, — отметил я. — С такой сестрой даже представить не могу, какая у тебя жена.