Книга Наследник рода Шевалье, страница 210 – Макс Гато

Мы осуществляли долгий переход через лес. А с неба на головы начал падать тяжелый, холодный снег. Изо рта валил пар, но магия крови не давала организму почувствовать даже малейшее неудобство.

Японцам было посложнее, но и укутаны они были с ног до головы. Да и никто не жаловался. За спиной тихо сопел верный Нобу. Передо мной же мелькала фигура Юрия.

Отправившись с самого утра, группа успела преодолеть приличное расстояние, так что скоро нас ждал привал.

— Остановимся в берлоге к северу, — донеслись до меня слова проводника.

Я лишь согласно кивнул. Теперь все, что было впереди, всегда находилось «к северу».

К моему удивлению, то, что проводник назвал берлогой, оказалось вполне удобной и просторной пещерой. Даже группа из дюжины человек могла остановиться здесь на привал и чувствовать себя комфортно.

Японцы, не привыкшие к холоду, с удовольствием разгружались и организовывали стоянку для небольшого перерыва. Юрий уже успел опустить снаряжение на холодные камни и вовсю трудился над огнем.

Впрочем, в отличие от остальных, выпивохе холод, кажется, помехой не был. Двигался он уверенно и деловито, с видом настоящего профессионала. Небо и земля по сравнению с образом, показанным в Зимнограде.

Дозор был выставлен. Из рюкзаков и вещмешков наружу полезли кружки, термосы и съестные припасы. Огонь, наконец, загорелся. По замкнутому пространству разнесся запах чая. В животе заурчало.

Перекусив несколькими кусками сушеного мяса и залив это доброй порцией обычной воды, я наконец-то смог просто вытянуть ноги у стены. Переход без магии крови не дался бы мне так легко. Никогда не был специалистом по зимним прогулкам в снегах.

Юрий подошел и опустился на камень рядом. И с довольной ухмылкой достал из недр одежды потертую флягу.

— Будешь? — сделав глоток, мужчина протянул тару мне.

Отказываться я не стал и принял фляжку. На боку раньше явно был рисунок или изображение, которое, впрочем, за годы использования успело стереться практически полностью. Фляга, неожиданно, источала тепло. Ну, не кровь же он там носит. Ее бы я почувствовал. Я сделал глоток.

— Кхм… кха! — закашлялся я, когда горло беспощадно обожгло.

Нет, не так. Горло ОБОЖГЛО. Резко. Грубо. Как наждачной бумагой. Перехватило дыхание. А в следующий момент по телу разошлась волна непривычного, но ощутимого тепла. Усталость отступила, а мышцы, казалось, наполнились новыми силами.

— Ну… — проговорил Юрий, жадно отнимая у меня фляжку. — У меня в первый раз было хуже. Ты еще хорошо справился.

— Не… собираюсь… с… тобой… — пытался дышать горящими легкими я, — это… обсуждать…

Тоже мне, поделиться он решил. Про первый раз. Пусть с друзьями своими болтает.

— Нет так нет, — по-философски парировал проводник, делая глоток из фляги.

И как его не уносит? Там же крепость как у медицинского спирта. Не стоит узнавать, почему мне это известно. Вот ведь действительно «привычка вторая натура».

— Что у нас с ночевкой? — поинтересовался у Юрия я, когда тот убрал драгоценную тару куда-то вглубь одежды.

— Есть два варианта… — задумался на мгновение проводник, а затем достал из вещмешка карту.

Его карта отличалась от той, что была предоставлена княжной. На бумаге здесь и там стояли известные лишь владельцу символы и обозначения. Впрочем, некоторые были вполне понятны даже обывателю. Например, череп. Ничего доброго от такой отметки ждать не стоило.