Книга Чёрный ратник 1, страница 133 – Макс Гато

— Кто куда? — с любопытством спросил Иван.

— Сначала отчёт, — ответил я. — Всё остальное подождёт.

Я хотел уже отправиться сдавать свидетельство, полученное от Сурова, когда вспомнил об Алёне.

— Точно, — усмехнулся я, обращаясь к ней. — Сначала сдам тебя на руки Пантелеймону.

Олаф хмыкнул. Он тоже понимал, что Пантелеймон оказал нам большую честь.

Я подошёл к мешку, подаренному нам Суровым, и закинул его на плечо.

— А как же… — начал было говорить Иван, но, столкнувшись с моим взглядом, замолчал.

— Орден не принимает благодарностей, а вот Пантелеймон Иванович… — я два раза хлопнул по мешку, — вполне.

Иван, недолго думая, закивал. Он тоже знал, что с лекарем лучше всего дружить.

В итоге я оставил Ивана, Ярославу и Олафа позади и вместе с Алёной зашагал к лазарету. Подмастерий в цитадели было немного. Громова, Соловьёва или его подпевал я среди них не видел.

— Ловко обращаешься с оружием, — произнёс я, когда вошёл во двор лазарета.

Алёна лишь слегка приподняла бровь. Отвечать она не стала, а я не стал дальше спрашивать.

Мы зашли в двери лазарета, и я опустил мешок у стены.

— Передашь тогда Пантелеймону, что это его плата, как мы и договаривались.

Алёна кивнула, а затем неожиданно прошептала:

— Спасибо.

Она тут же развернулась и поспешила внутрь лазарета.

Я не понял, за что она меня благодарила. Возможно, за то, что разобрался с бандитом на дороге, а может, ещё за что-нибудь.

Я невольно задержал свой взгляд на её стройной фигуре, обычно скрытой сарафаном. Затем развернулся и вышел во двор.

Цитадель как всегда гудела. Где-то вдалеке звучали кузнечные молоты, и на этот раз обходилось без колоколов.

Я уже привык к своему пребыванию в ордене, но открытие, сделанное мной в пещере у Чёрного ручья, выбивалось из рутины.

Кто использовал силу рода Темниковых? Как вообще она попала в чужие руки? И почему последний из Темниковых жил фактически в изгнании?

Прежде всего, мне следовало закончить испытание мудрости и подготовиться к вылазке к Чёрному ручью. В третьем испытании мне, в отличии от остальных Подмастерий, предстояло либо разрушить, либо поглотить осколок родового алтаря.

От мыслей меня отвлёк взмыленный, уставший ратник в доспехе с нашивкой Волка. Он медленно вбежал во двор лазарета и бешено огляделся по сторонам. Его глаза нашли меня, и он, будто кивнув своими мыслями, быстро зашагал вперёд.

— Подмастерье… Тим… — пытаясь не задохнуться, выплюнул он.

— Допустим, — ответил я.

— Вас… вас вызывают… — проговорил он и протянул мне письмо с печатью ордена. — Срочно.

Молодой ратник с нашивкой Волка любезно улыбнулся, смягчая своё послание, и вытер рукавом пот со лба.

— Раз вызывают, — спокойно произнёс я, — веди.

Волк улыбнулся ещё шире, хотя казалось, что уже было некуда, развернулся и зашагал, явно ожидая, что я последую за ним.

Что я и сделал. Мы двинулись по лабиринту цитадели. Вокруг замелькали каменные стены, тренировочные залы, казармы и мастерские.

— Да уж, денёчек, — вздохнул Волк, ни к кому конкретно не обращаясь. — Третий день пошла какая-то канитель. Строят, понимаешь, наших то там, то сям. То на плацу, то в тренировочном зале.

Волк-посыльный быстро взглянул на меня, проверяя, слушаю ли я его. Я молчал, и он продолжил говорить, явно приняв моё молчание за знак одобрения.