Книга Чёрный ратник 3, страница 24 – Макс Гато

Это значило, что он почти выполнил задачу. Раньше он, возможно, и поспорил бы, кто кому и когда должен отдавать приказы. Вот только вспоротое брюхо очень сильно меняет взгляды. А Соловьёв хоть и не был самым сильным, самым умным, самым быстрым, самым смелым или самым талантливым ратником, но дважды одни и те же ошибки не допускал. Никогда.

Ярослава в это время замерла и почти не дышала. Она не дыша застыла меж камней.

— Воеводу нового видел? — раздался хриплый мужской голос снизу.

— Воеводу? — ответил ему боец помоложе. — Да не похож что-то… наемник, может какой…

— Ну а кто ж он? Дух и силу чувствовать надо.

— Кому надо — пусть те и чувствуют. А я этого воеводу в штабе в глаза не видывал. Тоже мне индюк.

— Смотри… — немного взволнованно произнёс хриплый голос. — Шутки с ним не шути, а то огребешь.

Голоса медленно удалялись, и Ярослава позволила себе едва слышно выдохнуть. Она принялась осторожно проталкиваться между скалами для того, чтобы наконец спуститься на землю. Если бы не её ловкость и находчивость, её бы уже обнаружили, притом не раз. Тропы кишели разъездами и патрулями мятежников.

Но что было интереснее, так это то, что она заметила, когда уже пробиралась обратно. Поэтому Ярослава бросила быстрый взгляд на горизонт. Первые лучи солнца вот-вот должны были появиться, и это значило, что дорога назад становилась сложнее.

Рыжая мечница смахнула пот со лба и спрыгнула вниз, мягко приземлившись на камне. Она прислушалась к окружающей местности, отмечая, что шаги удалились и почти пропали из поля её восприятия. Она ещё раз вздохнула и, скрываясь в тени скал, двинулась назад.

Иван с Громовым не стали приближаться близко к лагерю. Что дворянин, что простолюдин знали свои сильные и слабые стороны. Да и не было им нужды сталкиваться с мятежниками нос к носу. Поэтому они просто спрятались в тени деревьев в лесу, так, чтобы их было не заметить, и смотрели на линию частокола, окружавшего основную часть лагеря в Отрадном. А частокол был крепким и качественным, без гнили и щелей.

Громов безошибочно выделил это. Он также отметил два естественных укрытия: груду камней в сотне шагов от частокола и овраг. Впрочем, для большого ударного отряда это не подходило, а ему с Иваном или со всем отрядом внутрь проникать нужды не было.

Громова не интересовали дворянские разборки, он находился здесь, потому что это задание. И пока, судя по всему, добраться до Стрешнева не представлялось возможным, о чём он и собирался доложить Тиму.

Иван, внимательно вслушивающийся в гул лагеря в ущелье, тем временем подметил знакомые звуки — далёкие удары молота, едва слышные на таком расстоянии.

— Пора, — тихонько прошептал он.

Громов кивнул, и двое бойцов принялись отступать обратно в гущу леса.

* * *

Я ждал и ждал. Минуты складывались в часы, а те неминуемо уходили сквозь пальцы. Солнце выглянуло из-за горизонта, и в этот момент первым вернулся Соловьёв. Его глаза расчётливо блестели, а на губах играла довольная улыбка. Он передал мне карту с пометками — подробными и аккуратными. Я уважительно кивнул, отмечая закономерности в защите лагеря мятежников.

Следом вернулась Ярослава. Её щёки раскраснелись, а сама она взмокла и тяжело дышала.

— Склон крутой, — выдохнула она, пристроившись прямо рядом со мной. — Там не часовые, а стрелки на выступах. Обзор у них очень хороший, явно боятся чего-то. Я ещё застала разгрузку каравана, они, похоже, всё ещё перебрасывают необходимое: оружие, снаряжение и провизию.