Книга Чёрный ратник 5, страница 83 – Макс Гато

Соловьёв наложил стрелу на тетиву и прицелился. Хотя он попал бы и так.

— Я правду говорю, — выпалил гонец. — Клянусь. Там на перевале еще горы такие, что на рога похожи. Лосиные.

Я поднял ладонь, и Соловьёв замер.

— Что в донесении? — спросил я, достав письмо.

— Конверт запечатанный, — Фёдор пожал плечами и облизнул пересохшие губы. — Гонцам содержимое не сообщают. Мне дали его, сказали куда нести, и я понёс. Я ратникам врать не стану.

— Кто дал?

— Командир Кошелев. Лично.

О Кошелеве я не слышал. Впрочем, я не особенно следил за мятежными командирами. А вот по Чёрному зубу Борислав оказался прав. Туда похоже стянулись основные силы мятежников.

— Расскажи мне про Чёрный зуб, — попросил я, откидываясь назад.

Фёдор помедлил, но фигура Соловьёва и стрела, направленная в него, быстро заставили его говорить.

— Народу там набилось столько, что кормить уже толком не получается, — принялся объяснять он. — Кошелев взял перевал ещё до того, как армия отступила, укрепил его. Три линии обороны, частокол, магические ловушки. Магов видел лично троих, может, есть ещё, но я не офицер, меня в командирскую палатку не пускали. По фуражу там плохо. Стрелы кончаются, дичь в окрестностях перебили уже. Ещё пару недель они там продержатся, но потом придётся либо спускаться за едой, либо договариваться.

Полезная информация. Это я запомнил.

— Что знаешь о Перекатном и Лосином? — спросил я.

— Людей меньше, магов, по-моему, нет. Перекатный — считай заслон, а не гарнизон, две сотни солдат от силы.

— Где Булатов?

Фёдор едва заметно усмехнулся.

— Булатов сам по себе, — кашлянул он. — Ушёл на юг сразу после боя и с тех пор не показывался. Кошелев его ждёт, но, по-моему, зря.

Я позволил ему выговориться. Фёдор не был дураком и понимал, что военная информация — его валюта. Чем больше расскажет полезного, тем лучше с ним обойдутся. Расчёт простой, и я не стал ему в этом мешать. На слово ему верить было нельзя, или с большой осторожностью. Но языка я все равно собирался передать в Орден. Там уже сверят информацию.

Но теперь мне нужно было другое.

— Слышал про Кручинино? — произнёс я. — Деревня к северо-западу.

Фёдор не изменился в лице. Но его спина выпрямилась, и пальцы сжались чуть плотнее. Мелочи, которые замечаешь, когда знаешь на что смотреть.

— Слышал название, — сказал он осторожнее, чем раньше.

— Кто там сейчас?

Фёдор спешить не стал, пытаясь подобрать слова. Явно прикидывал, сколько ему будет стоить ответ на этот вопрос. И стоимость его не устраивала.

— Фёдор, — сказал я спокойно. — Ты солдат, не шпион. Я это вижу, и ты это знаешь. Мне не нужно из тебя ничего вытягивать клещами. Расскажи мне про Кручинино, и дальше каждый из нас пойдёт своей дорогой.

Он посмотрел на Соловьёва и шмыгнул носом. Не знаю поверил ли он моим словам, но выбора у пленного не было. Заставить говорить можно любого, это просто вопрос времени.

— Там чужаки, — сказал он наконец, тише, чем раньше. — Приехали три или четыре недели назад. Без знаков, без нашивок, в длинных серых плащах. Кошелев выделил им дом и всё, что попросили. Лошадей, провизию, инструменты какие-то.

— Знаешь, — продолжил допрос я, — кто они?

— Этого никто не знает.

Фёдор мотнул головой. По его лбу катились капли пота, хотя в комнате было не жарко.