Книга Чёрный ратник 5, страница 67 – Макс Гато

— Соловьёв?

— Четырнадцать, — ответил лучник, считая оставшиеся стрелы. — Четырнадцать стрел на всё, что ещё может до нас добраться.

Я посмотрел на восток. Разрыв и не думал исчезать. И оттуда лезли новые твари.

Но они отличались. Три волка, похожих на первых, только на шкурах повсюду блестел хитин, а за ними огромная туша, от которой земля вздрагивала на каждом шагу. Бывший медведь. Передние лапы вытянуты, когти длиной в ладонь, а голова поднята на высоту моей груди. Тварь двигалась медленнее волков, но каждый её шаг вминал мокрую землю, как копыто лошади.

— Это ещё что за хрень, — сказал Иван.

Четырнадцать стрел. Уставший отряд. Имперская пехота рядом видела первую волну и от этого зрелища драться лучше не стала.

— Соловьёв, бронебойные по волкам, не экономь. Иван, Ярослава, тоже волки. Медведя беру сам.

Я первым рванул навстречу медведю.

Чёрный панцирь лёг на кожу, стянул мышцы, уплотнил одежду и доспех. Клинки потемнели от аурного покрытия. Тварь увидела меня, остановилась на мгновение и пошла навстречу. Не побежала. Пошла, тяжело, уверенно, и в её чёрных глазах не было ни злости, ни страха, только внимание хищника, увидевшего добычу.

Вокруг мятежники всё ещё старались залезть на наш берег и бились кучками с орденскими ратниками и имперцами. Монстров становилось всё больше и больше, они шли прямо через ряды мятежной пехоты, ломая кости и круша черепа. Я использовал Тёмный шаг и ушёл вбок. Оба клинка ударили твари туда, где должны были быть рёбра. Шкура оказалась плотной, и мои клинки, объятые чёрной аурой, оставили лишь пару царапин. Тварь крутанулась и махнула лапой. Я нырнул вниз, когти свистнули над головой, и шею обдуло ветром. Я откатился и вскочил. Тварь метнулась вперёд, не так быстро, как химера. Вторая лапа полетела снизу вверх, пытаясь подцепить мои ноги. Я отпрыгнул назад, огромные когти вспороли землю, прочертив три борозды и взметнув в воздух огромные комья грязи. Я почувствовал удар стрелы в бок, мой шаг сбился, и медведь достал меня когтями. Новый доспех выдержал, но отдачу пробило до рёбер.

Медведь поднялся на задние лапы и зарычал. Зря.

Я сорвал с пояса шар жидкого огня, ткнул большим пальцем в руну и швырнул его твари в морду. Шар лопнул, пламя брызнуло и вырвалось наружу. Оглушительный хлопок заложил уши и тварь заревела. Первый звук за весь бой, утробный, от которого у меня завибрировали кости. Она замотала головой, пытаясь сбить пламя. Шерсть горела, воняло палёным, искры летели во все стороны. Тварь ударила вслепую, мимо, но от ударной волны меня откинуло на два шага.

Я рубанул мятежного солдата аурными клинками вскользь. Он просто попался под руку. И снова обратил всё своё внимание на тварь. Ждать, пока огонь догорит, времени не было. Ещё одна такая атака лапой, и нагрудник не выдержит.

Я вложил Чёрное пламя в клинок подмастерья. Метнулся вперёд Тёмным шагом, и вогнал меч в бок твари, в тот самый порез, который оставил минуту назад. Глубоко, по рукоять. Чёрная аура пошла внутрь, жгучая, разъедающая, и я чувствовал, как она расползается по плоти. Тварь дёрнулась всем телом, захрипела, из пасти хлынуло густое месиво. Её лапы заплелись. Она повалилась на бок, и земля вздрогнула.

Я выдернул клинок. Тварь ещё скребла когтями, но глаза уже медленно стекленели. Я вбил второй меч в основание черепа. Кости захрустели, и тварь застыла.