Книга Чёрный ратник 6, страница 53 – Макс Гато

Двор наполнялся людьми и лошадьми. Обозники крепили вьюки, кто-то ругался на подпругу, конюх выводил лошадей по одной.

Олаф стоял у ворот с Велесом.

Они были знакомы давно. Насколько давно, я до сих пор не знал, а спрашивать не стал бы ни у одного из них. Стояли вдвоём, разговаривали негромко, и Велес один раз коротко хохотнул, а потом снова стал серьёзным. Под конец Олаф протянул ему единственную руку, и Велес пожал её обеими.

Я подошёл к телеге проверить, как уложили Матвея.

Луна сидела там же, на мешках, закутанная в плащ по самые глаза. При посторонних она держалась незаметно, и за три дня в Белоярске её видели от силы дважды.

— Он живой? — спросила она, кивнув на Матвея.

— Вроде дышит, — коротко бросил я.

— Это я вижу, — Луна поправила край тёплой накидки, укрыв Матвею плечо. — Я про другое.

Я посмотрел на беловолосую девушку.

— Живым нечего беспокоиться о мёртвых, — спокойно произнёс я. — Им уже все равно.

— Циник, — буркнула Луна.

— Живым, — я схватил Луну за сапог и стянул его, — нужно заботиться о живых.

— Отдай, — выпалила она и залилась краской.

— Забери.

Луна открыла было рот, чтобы ответить, но передумала и надулась.

Я бросил ей сапог обратно.

— Просто в голову всякое лезет, — выдохнула она.

Потом надела сапог и натянула капюшон ниже. К телеге подошёл Иван с последним мешком, и наш с Луной разговор кончился сам собой.

Велес проводил нас до ворот. Обнял Матвея, который спал и ничего не почувствовал, махнул рукой слугам, и мне принесли тяжёлый свёрток.

— Возьмите с собой, — сказал Велес.

Я развернул увесистый свёрток. Внутри лежала кольчуга. Не новая, но добротная, с двойным плетением на груди и плечах, промасленная и вычищенная до блеска.

— Брата, — пояснил Велес. — Она ему уже не понадобится, а Матвею впору будет. Отдайте, когда протрезвеет.

Я убрал свёрток в телегу.

— Передам, — пообещал я.

— И вот ещё что, — Велес понизил голос. — Тех, кто взял обоз, я найду. Не сегодня и не в этом году, потому что у меня стройка, подряды и обязательства перед короной. Но найду.

— Посмотрим, кто раньше, — возразил я.

Велес внимательно посмотрел на меня и прищурился. От него повеяло холодом.

— Тогда пришли мне их головы.

Я кивнул и залез в седло.

Мы тронулись, когда над хребтом только начало всходить солнце. Впереди лежали горы.

Пять дней мы шли на юго-восток вдоль хребта, по тропе между скалами и обрывом, и с каждым днём дорога становилось хуже. Снег глубже, тропа уже, обозные лошади скользили. Дважды пришлось разгружать телегу целиком и переносить груз на руках, а один раз — спускать её на верёвках через каменную ступень в человеческий рост.

Матвей проспал первый день целиком и очнулся только к ночи. Утром второго дня он сел на коня, ни слова не сказав о вчерашнем, и до самого перевала работал наравне со всеми. Кольчугу я отдал ему на третьем привале. Он развернул свёрток, посмотрел, свернул обратно и спрятал. Ничего не сказал. Но после привала ехал уже в подарке Велеса.

Карта Вяземского оказалась лучше, чем я надеялся. Годы неизвестности и запущения ничего не изменили: тропы шли там, где были нарисованы, и три раза карта вывела нас в обход участков, которые с виду казались проходимыми, а на деле кончались осыпью.

Волчий перевал мы взяли на шестой день.