Онлайн книга «Возвышение»
|
Фрида взорвалась: — Мне не хватит двух нулей, чтобы убрать эти морщины! Настоятелю нужны послушницы-старухи⁈ А двумя нулями никогда не поднять ступень! — Ну-ну, то-то ты прям поднялась. Кстати, а где твои служанки⁈ Уже убила, да? — Ты совсем меня за идиотку считаешь, да⁈ Звери переругивались, но никто из них и не заметил, как я оцепенел. А я сидел, стиснув кулаки так, что побелели костяшки, и чувствуя, как закипает внутри меня гнев. В моих ушах ещё звенели страшные слова, но мозг всё отказывался поверить… Ванная из нулячьей крови, чтобы выглядеть моложе⁈ Ежедневные жертвенные обряды, в которых убивают нулей? Что эта Фрида, что этот Курт… Что Настоятель этого ненавистного Зиккурата… Весь этот Бурый Приорат — это же ад! Грёбанный нулячий ад! Может, кто-то из них и был более милосерден, если сравнивать с другими, но в сортах говна я не разбирался. И даже не собирался этого делать. Медленно, едва чувствуя свои ватные конечности, я слез со скамьи и спрыгнул на землю. Курт и Фрида повернули головы, уставившись на то, как я пошёл к застывшим впереди всадникам. — Что за первушник? — со скукой в голосе спросил Курт. — Это Фелиц, — зверица позвала, — Фелиц, вернись сейчас же на место! — Что за Фелиц? — спросил Курт, — Уже нашла нового слугу? — Он у меня и вправду совсем недавно, ещё никак не научу слушаться. Фелиц, ко мне! Я шёл к лошади Курта, где на седле висел заветный лук. Первушники в сёдлах провожали меня взглядами, но никто из них даже не подумал взяться за нож. — Фелиц, быстро ко мне!!! Ага, сейчас… Метнулся так, что волосы назад. — Да, строптивый малый. А может, он глухой? — Курт рассмеялся, — Это ты его мне за первуху моего отдашь, да? — Нет! Это мой первушник, даже не смей! — Да на хрен мне не сдался такой идиот, он не ценнее нуля! Мои, кстати, нулей уже спокойно режут, я неплохо так натаскал их. И, кстати, Фрида… Дальше я уже не слушал, потому что моя рука легла на плечо лука. Одним движением я отстегнул оружие, а уж как оказалась в моей руке стрела, одному Газриэлю, наверное, и известно. Спасибо, ангел, за такой дар… И теперь я, кажется, понял, почему тебя звали Разящим Роком. Курт даже успел обернуться, и даже успел схватиться за нож, когда я спустил тетиву. Зверь дёрнулся в сторону, но боец из него был совсем никудышный — это я уже давно понял. Поэтому я легко прочитал его движение, и стрела пробила Курту грудь, отправив спать вечным сном. Они тут все жрецы, и привыкли убивать лишь беззащитных нулей да первушников. Приносить в жертвы, как палачи… С диким криком один из первушников соскочил с лошади, выхватывая нож. Но свалился мешком, получив следующую стрелу в лоб. Второй первушник оказался догадливее и, сразу развернув лошадь, пустил её в галоп. Правда, уже через десяток метров седок, получивший стрелу в спину, болтался у бедного животного под брюхом… А ведь я успел его застрелить, пока он разворачивал коня — не люблю в спину стрелять. Я едва себя контролировал, до того меня поглотил праведный гнев, что даже не вспомнил бы потом, как их всех убил. С некоторым удивлением я осознал, что стою уже несколько секунд, уставившись в пустоту перед собой, и дышу как загнанная лошадь. — Хм-м, а ты весьма полезный первушник, — задумчиво произнесла Фрида, сложив руки на груди и щёлкнув пальчиками, — Но впредь, если надумаешь действовать самостоятельно, не забудь обсудить это со мной. |