Онлайн книга «Обнуление»
|
А была у меня только нулячья ярость… Использовав рожицу гиены, как опору, я отпрыгнул назад. И, крутанув эффектное сальто, резко воткнул копьё вниз, да так и застыл на нём, балансируя и покачиваясь на древке, словно скалолаз на склоне. Хайя, которую я так дерзко оттолкнул грязной и немытой ногой, неуклюже попятилась, махая руками, как новичок-канатоходец. А потом замерла, узрев, что же я натворил. — Ты-ы-ы… Дело было не только в том, что я испачкал ей личико. Большинство девушек не любят грязь, это да. Но дело было в том, что копьё воткнулось не в землю. Оно воткнулось прямо в грудь лежащему зверю, которого я до этого оглушил, и которому нельзя было позволить встать и вмешаться в нашу битву. Вот зверь был, и вот его не стало. — Ты-ы-ы!.. — гиена задрожала от злости в каком-то диком маньячном экстазе. А я так и балансировал на копье, не касаясь ни земли, ни тела убитого… Наслаждался идеальным балансом, доступным мне с техникой скорпионов. — Это меня одна волчица научила, показала как-то раз, — усмехнулся я, всё же спустившись вниз и резко выдернув копьё. Особой чести, конечно, не было в том, чтобы убивать беспомощного. Но кто мы, нули, для них? Так что я быстро успокоил свою совесть — мол, лучше так, чем потом хвалиться всем в Чистилище, что вот, «не посрамил воинскую породу, умер честно и достойно». Это пусть она там потом оправдывается, а я жить хочу! Хайя не сводила с меня глаз — чувствовалось, что она с трудом себя контролирует. Но вот она коснулась уха и шеи, и с удивлением глянула на кровь. Да, я ведь её почти достал… За её спиной был Белиар, оттягивающий руку с кнутом. Не дури, Беляшик! Нельзя было, чтобы она подумала извилинами и разменяла жизнь Демона на жизнь своего напарника. Поэтому я тут же улыбнулся, вскинув подбородок, поднял наконечник и лизнул кровь. — Так себе зверёк, — я сплюнул и потрогал грязной ногой лицо убитого, словно пытался получше рассмотреть, — Кровь паршивая, протухла чутка. Хайя медленно выдохнула, прикрыв глаза. Нет, нельзя дать ей успокоиться! Вот она подняла голову, медленно вдыхая… Я сразу вспомнил Хильду — она так же делала, когда собиралась завыть. Вой у Серых Волков мог быть разный — и радостный, и грустный, и вестью о победе. Но ещё он мог служить боевым кличем и зовом о помощи! Не знаю, собиралась ли гиена завыть, но я тут же расхохотался: — А, зверьё пустое! Ну что, обделалась, да⁈ Надрал я тебе зад? — я бахнул себя по груди, — Давай, зови подмогу! Всех сюда, двуха сраная! И знаешь, что, великий мастер третий клык Хайя Пепельная из Хохочущих Гиен, глава клана Пепельная Грива? Подняв окровавленное копьё и указав на неё, я поставил ногу на грудь мёртвому зверю и отчеканил: — Все запомнят тебя, как зверицу, которая не справилась с жалким нулём и позвала на помощь! — и снова расхохотался, — Ну какое слово может держать клан Фуфельная Грива, а⁈ Ой, а твоего примала я тоже убил… О, да-а-а, бесить врагов я умею! Признаюсь, я вёл себя мерзко, но это спасло Белиару жизнь. Потому что Хайя, взревев, словно раненый бегемот, бросилась вперёд. В этот момент и начались наши танцы. Удар, блок, удар, шаг назад… Сохранять наглую улыбку мне стало очень тяжело, потому что зверица взялась за меня всерьёз. — Я сохраню твою голову, ноль, и повешу в своём доме! — рычала она. |